Гайдзин. Том 1 полностью

– Хай, Накама, вакатта. – Тысяча вопросов теснились в голове, просясь на язык, и Тайрер понимал, что сидящий перед ним человек – кладезь, который должен быть вычерпан до дна, но делать это следует осторожно, и здесь для таких разговоров не место. Он увидел напряженную сосредоточенность на лице японца и спросил себя, сколько из того, что он говорил, Накама действительно понял, отметив про себя, что впредь ему надо стараться говорить помедленнее и как можно проще. – Сколько вас сражается против бакуфу?

– Много. – Хирага пришлепнул ладонью залетевшего в комнату комара.

– Сотни, тысячи? Что за люди, простые люди, садовники, рабочие, торговцы?

Хирага, недоумевая, посмотрел на него, сбитый с толку.

– Они ничто. То'рька слузыт самурай. То'рька самурай сразаца. То'рька самурай имеет орузые. Киндзиру другим иметь орузые.

Тайрер опять заморгал.

– Вы самурай?

Вопрос вызвал еще большее недоумение.

– Самурай сразаца. Я говорит сразаца с бакуфу, так? Накама самурай! – Хирага снял шляпу и стащил с головы грязную, мокрую от пота повязку, под которой оказалась характерная для всех самураев выбритая верхушка головы и собранные в тугой, особым образом перевязанный пучок волосы. Теперь, когда Тайрер мог хорошо видеть его лицо, впервые без широкополой соломенной шляпы, впервые всмотревшись в него по-настоящему, он заметил все те же твердые раскосые глаза обладателя двух мечей и иное строение лица, сильно отличавшее его от крестьян. – Когда сэнсо, капитан самурай, видеть меня так, я мертвый.

Тайрер кивнул, мысли его разбежались во все стороны.

– 'Регко мой убезать. Паза'рста, давать со'рдатский одезда.

Тайрер изо всех сил старался не выдать лицом охватившего его волнения и страха. Одна его половина отчаянно хотела вырваться отсюда, бежать куда-нибудь без оглядки, вторая алчно стремилась заполучить все знания этого самурая, ведь они могли бы стать, нет, станут, одним из главных ключей, которые отомкнут мир Ниппона и его собственное будущее, если правильно ими распорядится. Он уже готов был выпалить слова согласия, но вспомнил недавно полученный от сэра Уильяма выговор и, преисполнившись благодарности, промолчал, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями.

– 'Регко убезать, да? – нетерпеливо повторил Хирага.

– Не легко, но возможно. Очень рискованно. Сначала необходимо убедить меня, я должен быть уверен в том, что вас стоит спасать. – Тайрер заметил промелькнувший на лице японца гнев – может быть, гнев, смешанный со страхом, он не мог определить точно. Господи, самурай! Как жаль, что здесь нет сэра Уильяма, я абсолютно не представляю, что делать. – Не думаю, что я действительно смо…

– Паза'рста, – произнес Хирага умоляюще, зная, что это его единственный верный шанс вырваться из западни, но про себя думая: поспеши с согласием, или я убью тебя и попробую бежать через стену. – Накама клянется богами помогать Тайра-сан.

– Вы торжественно клянетесь своими богами, что правдиво ответите на все мои вопросы?

– Хай, – тут же ответил Хирага, пораженный тем, что Тайрер мог быть настолько наивен, чтобы задать подобный вопрос врагу или поверить его утвердительному ответу – конечно же, он не может быть настолько глуп? Какой бог или боги? Их не существует. – Богами я к'рянусь.

– Подождите здесь. Заприте дверь, открывать только мне.

Тайрер положил револьвер в карман, пошел и разыскал Паллидара и Макгрегора и отвел их в сторону.

– Мне нужна помощь, – прерывисто заговорил он. – Я узнал, что Юкия – один из тех, кого ищут эти самураи, выяснилось, что он, ну, инакомыслящий. Я хочу переодеть его солдатом и взять его с нами, тайно.

Оба офицера ошеломленно посмотрели на него. Потом Макгрегор произнес:

– Извините меня, сэр, но вы действительно полагаете, что это разумно? Я хочу сказать, бакуфу являются законным правительством, и если нас поймают…

– Нас не поймают. Мы просто наденем на него алый мундир и поставим в середину строя. А, Сеттри?

– Да, это могло бы сработать, Филип, но если его все-таки заметят и нас остановят, мы окажемся без весла на самой стремнине.

– У вас есть другие предложения? – спросил Тайрер. Страх и возбуждение нарастали в нем, и его голос нервно задрожал: – Я хочу вытащить его отсюда. Без его помощи мы, вероятнее всего, были бы все сейчас мертвы, и он окажется крайне полезен нам в будущем.

Офицеры беспокойно переглянулись, потом перевели глаза на Тайрера.

– Извините, это слишком опасно, – сказал Паллидар.

– Я-так-не-считаю! – отрезал Тайрер, у него мучительно болела голова. – Я хочу, чтобы это было сделано! Это вопрос огромной важности для правительства Ее Величества, так что говорить больше не о чем!

Макгрегор вздохнул.

– Слушаюсь, сэр, очень хорошо. Капитан, как насчет того, чтобы посадить его верхом?

– Как драгуна? Это смешно, садовник не сможет держаться в седле и управлять лошадью. Пусть уж лучше идет пешком, нужно поплотнее окружить его солда…

– Ставлю пятьдесят фунтов против медного фартинга, что этот олух не сможет шагать в ногу, он будет бросаться в глаза как шлюха в епископских подштанниках!

Тогда Тайрер предложил: