Все это стоящая чуть сзади Вика знала от своих астрономов, став непроизвольным участником дискуссий с американцами и японцами и уже могла что-то поддакивать им. То, что сейчас делали ребята, было ей непонятно и она подошла поближе, стараясь не мешать — у них сейчас шли последние приготовления и проверки видео-, фото- аппаратуры. Улучив момент, когда Сергей посмотрел в ее сторону, она кивком спросила: можно? Получив утвердительную улыбку, спросила:
— Луну же не видно, как вы ее собрались смотреть днем? Или я что-то не понимаю?
— Немного да. Ты просто не знаешь — с помощью вот этого телескопа и пары приспособлений мы уже сейчас проведем компьютерное соотношение Солнца и Луны и будем следить за накладывающейся картинкой двух космических тел. Есть два варианта — провести визуальное наложение на лист бумаги посредством окуляра, так как на Солнце смотреть нельзя, но мы пойдем вторым путем. У нас есть вот этот монитор и ты все увидишь…
— Координаты получены! — произнес Архипов, перебивая Горшенина.
— Сбрасывай, — послав улыбку жене, он повернулся к телескопу.
— Готово.
Вика увидела, как телескоп вдруг плавно повернулся на штативе, чуть увеличил угол возвышения, замер. Затем начались более медленные изменения положения, которые вообще сошли на нет. Как ей ранее объяснял Сергей автоматическая синхронизация системы наведения и удержания в фокусе любого объекта в космосе и его ведение является почти незаметной процедурой. К тому же его возглас: все, система провела… м-м, дальше про-звучал какой-то замысловатый научный термин, но она поняла, что Луну телескоп уже ведет.
Почти сразу монитор посветлел — в левом верхнем углу засветился приглушенный светофильтрами диск Солнца, когда в правом нижнем появилась схематичная проекция Луны. Бегущие под обоими объектами цифры ни о чем ей не говорили, но в двух словах разъяснил Сергей:
— Мы используем небольшое количество отражаемого Солнцем света от поверхности спутника и проецируем его после сложных пространственных вычислений сюда. Чем ближе Солнце и Луна, тем все меньше погрешность вычисления положения Луны.
На мониторе было видно, как проекция постепенно смещала оба тела к центру по мере сближения, вернее их выхода на одну линии по отношению к Земле.
— Ориентировочное время начала частной фазы через 2.40 секунды, — раздался голос Ильюшина, — проведена пространственная поправка.
Сразу же все сужающееся пространство между объектами еще сузилось. Сверху побежали цифры отсчета. Все четверо начали нести вообще какую-то тарабарщину, что-то записывая, уточняя, иногда перебивая друг друга. Из всего услышанного Вика кое-как разобрала про силу светового давления — единственный понятный термин — и это давление позволяло точно видеть аппаратуре спутник и его что-то… Дальше опять научная ересь.
— Начало фазы! — крикнул Сергей. — Вика, не смотри без специальных очков!
— Хорошо-хорошо, — ответила она, глядя на монитор, где края уже наложились друг на друга. Одев очки, по-смотрела в небо. Если честно, пока ничего интересного. Да, край Луны уже виден и коснулся диска Солнца. Зри-тельно начался увеличиваться объем закрываемого участка — это первый эффект, когда все новое для глаза остро откладывается в голове, затем острота ощущений спадает. Она еще несколько минут смотрела, потом опустила голову и сняла очки, почему-то быстро оглянувшись по сторонам и непроизвольно рассмеявшись.
— Что смешного? — спросил Александр Прозоров.
Вопрос был задан без какой-либо обиды в голосе — просто они все были поглощены работой, и некогда было выяснять причину чего-то смешного вокруг.
— Нет, Саша, ничего — просто оглянулась: уже жду начала сумерек!
— А, это? Нет, Вика. Явные видимые следы уменьшения яркости дневного света произойдут… М-м, где-то минут через сорок-пятьдесят.
— Спасибо.
Она еще раз глянула в небо — ореол диска Луны еще увеличился или ей так просто показалось? и опустила голову, неожиданно громко вздохнула, чем привлекала внимание рассмеявшегося Сергея:
— Вик, принеси нам пока что-нибудь прохладного, а? А то ты у меня уже начала скучать!
— Ладно, кому что принести?
В ответ она услышала астрономическое бормотание.
— Хорошо, выбор за мной, — и пошла.
Яркое августовское Солнце нещадно жарило, как бы предчувствуя хоть и временную, но, все же, передачу своих законных прав спутнику этой планеты, который в бесчисленный раз с момента образования и на короткий промежуток времени готовился накинуть вуаль ночи, пробежав небольшим конусом тьмы по планете. Все долж-но произойти, как и много раз до этого. Таковы пути и орбитальные скорости всех небесных тел, участвующих в закономерно повторяющихся построениях этой звездной системы. С каждым подобным явлением жители этой планеты собирали все больше и больше информации по подобным явлениям, после каждого события детально изучая структуру вселенной.
