Дикстер, не очень любивший мебель Сагана, предпочел остаться стоять. Он направился к миледи, стараясь держаться на расстоянии от пульта связи, и принялся рассматривать безделушки, которые Саган собрал взамен тех, что погибли вместе с первым «Фениксом».
Генерал смотрел, но ничего не видел. Попав сюда, к миледи, он тщетно пытался понять, правильно ли он сделал, что заставил себя прийти к ней. Он слушал ее голос, ответы почти не были слышны – звук был подкручен; в голосе Мейгри сквозила усталость, бесконечная усталость, и не физическая, а психологическая.
– Свадьба назначена на восемнадцать часов, капитан. Значит, у портного и его помощников есть еще шесть часов. Я убеждена, что за это время...
Уильямс перебил ее, Дикстер не мог разобрать его тираду, хотя он догадывался, о чем тот ведет речь.
Мейгри покусывала губу, терпеливо слушала капитана, пальцы нервно отбивали дробь по столу. В конце концов она перебила его.
– Да, капитан Уильямс, я прекрасно знаю, что Нола Райен – офицер Королевской армии. Знаю, что на ее счету – двенадцать уничтоженных истребителей коразианцев и четыре – подбитых и выведенных из строя. Я знаю, что она была награждена за доблесть, проявленную в битве с коразианцами, помню о ее воинственном характере. Но, черт побери, она ведь женщина, это ее свадьба, и если она решила выходить замуж в белом платье,
Уильямс, судя по всему, не собирался уступать. Мейгри подождала еще несколько мгновений, пока он возражал ей, потом перебила:
– Сдается мне, капитан, что пошить юбку гораздо легче, чем брюки. Всего несколько швов... Нет, я никогда сама не шила, но скажите портному, что я пришлю ему свое платье, он сделает по нему выкройку. Еще скажите ему, что, если он не сошьет платье вовремя, я ему прошью его башку! Понятно, капитан? Отлично. А теперь насчет свадебного торта, капитан, – сказала Мейгри и устало улыбнулась. – Имейте в виду, на прием будет допущена пресса, он будет транслироваться по интервидению. Все свободные от дежурства в этот день должны явиться на прием в честь свадьбы в полной парадной форме. И, конечно же, вы и адмирал Экс.
Уильямс что-то ответил.
Мейгри вздохнула, положила руку на пульт.
– Поверьте, капитан, я, как никто другой, хотела бы, чтобы милорд был с нами. Выполняйте распоряжения.
Она нажала на кнопку выключателя. Экран погас. Она сидела, продолжая смотреть на него.
– Если бы я приказала им прорвать вражескую блокаду, никто бы и не пикнул. А тут... – Плечи ее поникли, она опустила голову на руки. – Легче было объявить войну...
– Миледи, – послышался голос Агиса. – Адмирал Экс просит...
– Скажите адмиралу, что у меня совещание.
– Он говорит, что дело не терпит отлагательств, миледи. Что-то насчет цветов...
– Я приду позже, – предложил Дикстер.
– Нет, останься, Джон. Я... нам надо поговорить. Скажите адмиралу, капитан, пусть он сам позаботится о цветах. Я полностью доверяю его вкусу... Итак... – Мейгри поднялась, обошла стул, но голову по-прежнему держала опущенной, лицо заслоняли волосы. – Один Господь знает, какие цветы он закажет. Не уверена, что Экс может отличить розу от цветной капусты. Впрочем, в данном случае, думаю, это не будет иметь принципиального значения... – Голос ее замер.
Наступила неловкая тишина. Мейгри смотрела на руки, лежавшие на спинке стула. Дикстер осторожно поставил статуэтку на место.
– Ты избегаешь меня, Мейгри.
– Да, – ответила она холодно. – И я бы продолжала это делать, но ты сам настоял на этой встрече, столь болезненной для нас обоих.
– Мейгри, я...
– Не надо, Джон! – воскликнула она, подымая руку, стараясь остановить его. – Не говори этого! Я не стану слушать.
– Не говорить чего? – переспросил Дикстер, глядя в недоумении на нее.
– Не говори, что прощаешь меня. Я не достойна прощения. Мне не нужно оно.
– Простить тебя? – Дикстер недоумевал. – За что простить тебя? Мейгри, я не понимаю...
– Ты никогда ничего не понимал!
Она подняла голову, глаза ее стали темнее, в них зияла такая пустота, от них несло таким холодом, что даже в далеком космосе он не испытывал ничего подобного.
– Ты никогда не понимал, Джон. Ты слишком хороший. Слишком благородный. Я бежала с «Непокорного» чтобы найти свою смерть, Джон Дикстер. Я бросила тебя, бросила Дайена, прекрасно зная, что, останься я с вами, я спасла бы вас! Я пренебрегла вами, предала вашу дружбу. Я предала Дайена, верившего мне и боготворившего меня. Я предала все и всех. Как потом мне стало известно, Дайен сам спасся, а вас спас Саган.
– Но, Мейгри, ты должна была исполнить свой долг...
– Долг! – Она отбросила со лба волосы и рассмеялась с горечью. – Долг! Ты хочешь сказать, что я должна была бежать с этой бомбой? Выкрасть ее по секрету от Сагана? Хочешь знать истинную причину, почему я бежала, Джон? Хочешь?
