— Мы делаем соус. Из нерпы получается отличный соус…
— Фу…
— Отличный рыбный соус…
К женщинам подошёл Конпол:
— Дорогая ты вся в крови — сказал он.
— И что? — тело Крети действительно покрывала свежая, ещё не запёкшаяся кровь, так же красные капли ручьём стекали с секиры
— Ты вся в прекрасной свежей крови — сказал Джим — Мы сварим прекрасный рыбный соус.
— Конечно! Всё самое лучшее, для моего дорогого.
Влюблённые поцеловались.
Смола поморщилась: — Я прибыла сюда не для этого — сказала она — Разве этот не сообщил о моём визите?
— Этот? Ты называешь его "этот"? Доктор Эрнст Твигг рассказал про тебя, именно ты разбила ему сердце… — сказал Крети — И теперь ты говоришь про него "этот"… Бессердечность и жестокость…
— Я говорю со стариком — грубо прервала её Смола — Джим ау! Хватит улыбаться словно кретин, ты не знаешь кто я, но должен знать зачем я тут! Неужели "этот" опять думает только о себе — Смола чуть не подавилась от злости — Эй ты! Ты! Появись здесь! Ты нужен здесь! — закричала она во всё голо — А ты! Да ты! Девушка! — Обратилась она к Крети — больше не повторяй таких движений, а то будет худо.
Крети покорно опустила глаза. Только что, в праведном гневе, она попыталась зарубить гостью, но живой ветер её остановил. Ветер разодрал её руки и ноги до крови, а мог бы и мгновенно сломать.
— Ты разбила сердце, такого прекрасного человека как Эрнст Твигг — сказал Конпол — Мне не хочется ни видеть тебя, ни сотрудничать с тобой. Уходи, и пусть тебя замучает совесть, если она у тебя есть. Таких беззаветных людей как доктор Твигг обижать нельзя.
— Твоя любимая отрубила ему голову, ты никогда не задавался вопросом, зачем?
— Мы тогда все были на взводе, мы страдали — сказал Джим — Это было преступление в состояние аффекта…
Смола ехидно засмеялась: — А почему Твигг вообще покинул свой агроэдем? Зачем он отправился с тобой в Каменное Молоко? Ты не думал об этом?
— Он спасался от смерти. Солдаты могли его убить.
— Ах, ты в это веришь? — Смола ухмыльнулась — Ну верь, верь… Верь всему… Верь людям, верь о чём болтают дети, верь тому что скрывают старики. Вера это хорошо. Вера, а в это тоже надо верить, спасает…
— Пускай тебя вера и спасает если других способов спасения не нашла. — сказала Крети — Твои дела только твои, сама ими и занимайся. А мы пошли… Мы с Джимом, любим друг друга, и в это верить не надо, это чувство которое дарит вечную жизнь…
— Твигг! — закричала Смола — Где ты, когда так нужен! Где ты, когда моя грудь переполнена и болит!
Рядом со Смолой вспыхнул тусклый огонёк…
— Замрите! — раздался голос социального психолога — Море и ветер сами всё сделают.
— Разве эти волны тоже "живые"? — спросил Конпол.
— Нет Джим, это обычное море, и ветер тоже самый обычной, но обычное море и обычный ветер и самое обычное небо тоже кое-что могут. Они могут помочь, как помогали на протяжении сотен тысяч лет, исцеляя душевные раны триллионов людей во всей галактике.
Море полировало гальку. Раньше здесь был город и набережная, но уже как сотню лет природа забрала всё своё себе. Крети в тишине закончила с нерпой и подошла к воде, она хотела отмыться от крови. Конпол ей помогал, с участием и заботой он смыл красные пятна с тела своей любимой.
Вдали над морем показалась чёрная точка, она двигалась по направлению к пляжу.
— Слушай Джим — раздался голос Твигга — Ты найдёшь Ладу, напросишься к ней в гости, и приведёшь к ней Смолу.
— Смола это я — сказала Смола.
— Что? — сказала Крети — Джим не покинет Пирамидус. И не настаивайте на невозможном, иначе он останется совсем один.
— Крети — Твигг засмеялся — Джим не рассказывал тебе, как с ним поступили солдаты на бета-Зе? Что я с ним делал, чтобы спасти ему жизнь?
— Рассказывал. Его теперь иногда тошнит, когда он чувствует острые запахи.
— Это хорошо Крети, что он от тебя ничего не скрывает. А теперь немного подумай о себе и своих близких. Что будет с вашим племенем если к вам придёт кто-то незваный, но обласканный Живым Небом? Лучше сейчас, обрубить эту нить связи Конпола с обречёнными и забыть о них навсегда. Чем потом клясть небо бесполезными проклятиями. И главное, помни, Джим вернётся к тебе. Он обязательно вернётся. Ты дождёшься своё счастье.
— Если он откажется возвращаться, я его убью — сказала Смола.
Крети внимательно посмотрела на гостью: — Джим остаётся со мной на Пирамидусе — сказала она строго — а теперь прощайте.
— Не спеши Крети! Подумай, пожалуйста, хорошо — взмолился Твигг — не обрекай Конпола на несчастье, он так любит ваше племя и ваши порядки.
Смола решительно подошла к разделанной нерпе и взяла в руки секиру. Крети схватила острогу, Джим достал из складок туники кремниевый нож.
Смола взвесила секиру в руки и вдруг с силой запустила её над морем, и в тот же миг с тёмной выси ясного неба ударила молния, она попала в секиру и разбила её на куски. Искры разлетелись во все стороны, запахло озоном.
— Небо меня любит — сказала Смола — наверное Остриё что-то знает.