— Я думаю, этот обычай завела мамочка Кадма. Она, кажется, была закоренелой феминисткой. А может, дом появился еще до нее. Честно говоря, я не знаю точно. Как бы то ни было, сейчас там никто не живет. Парочка местных жителей иногда приходит, чтобы вытереть пыль, подстричь лужайку и все такое, но дом стоит пустой.
— А Лоретта? Она туда не ездит?
— Она была там вскоре после того, как вышла замуж за Кадма. По крайней мере, она так говорит. Но сейчас она не оставляет своего ненаглядного муженька ни днем, ни ночью. Думаю, боится, что стоит ей отвернуться, как он немедленно изменит свое завещание. О, кстати... раз мы вспомнили о юридических вопросах... — И она указала взглядом на столик Сесила. Адвокат и его спутница как раз вставали. — Ему предстоит несколько занятных часов. Судя по виду, в постели эта штучка весьма изобретательна.
— Внешность бывает обманчива, — возразила Рэйчел. — Может, она будет лежать как бревно.
— Может, и так, — согласилась Марджи.
— Надеюсь, он нас не заметит, — сказала Рэйчел, провожая глазами идущего к дверям Сесила.
— А я, наоборот, надеюсь, что заметит, — злорадно ухмыльнулась Марджи.
И тут Сесил, словно услышав ее слова, оглядел ресторан и наткнулся на них взглядом. Рэйчел потупилась, от души желая, чтобы он их не узнал. Марджи, напротив, тихонько пробормотала «вот это здорово» и радостно помахала рукой.
— Что ты наделала? — укоризненно вздохнула Рэйчел. — Они идут к нам. И зачем тебе это?
— Только не упоминай про Кауаи, — торопливо прошептала Марджи. — Это наш маленький секрет.
— Здравствуйте, милые дамы, — расплылся в улыбке Сесил. Блондинку он оставил у дверей. — Вы так спрятались в этом уголке, что я едва вас увидел.
— О, вы же нас знаете, — улыбнулась в ответ Марджи. — Мы с Рэйчел — сама скромность и застенчивость. Не любим быть на виду. В отличие от... — и она выразительно взглянула на подругу Сесила. — Как, кстати, ее зовут?
— Амброзина.
— Слишком длинное имя для такого маленького бриллианта, — заметила Марджи.
— О да, она — настоящая драгоценность, — с неожиданным пылом заявил Сесил.
— И похоже, настоящая блондинка, — без всякого намека на иронию сказала Марджи. — Она актриса?
— Фотомодель.
— Ну конечно. И вы помогаете ей сделать первые шаги. Как это мило с вашей стороны, Сесил.
Улыбка сползла с лица адвоката.
— Я должен идти. Нехорошо заставлять ее ждать, — сказал он и добавил, обращаясь к Рэйчел: — Я утром видел Митчелла. Мне искренне жаль, что дела складываются подобным образом. — Он протянул руку и слегка коснулся запястья Рэйчел. — Но, будем надеяться, все еще наладится. И если вам потребуется помощь... — Рэйчел с подчеркнутым недоумением посмотрела на руку Сесила, и он оставил ее запястье в покое. В тоне его неожиданно зазвучали уже не игривые, а отеческие нотки. — Я всегда к вашим услугам, Рэйчел. И сделаю все, что от меня зависит, чтобы разрешить возникшие проблемы к взаимному удовлетворению сторон.
— Надеюсь, Сесил, нам удастся прийти к согласию.
— Иначе и быть не может, — изрек он. Теперь он скорее напоминал врача, который успокаивает умирающего пациента. — Все будет прекрасно, Рэйчел. Если хотите...
— Я думаю, Рэйчел поняла, что может на вас рассчитывать, — прервала его Марджи.
— Да, конечно... Было очень приятно встретить вас, Рэйчел. И Марджи тоже... Я всегда рад видеть вас, Марджи...
— В самом деле?
— В самом деле, — повторил Сесил и наконец направился к своей подружке, которой затянувшееся ожидание явно начинало надоедать.
— Похоже, спиртное действует, — с удовлетворением сказала Марджи, наблюдая, как Сесил, обняв блондинку за талию, выходит из ресторана.
— Да?
— Сейчас я рассматривала лицо Сесила и размышляла — интересно, как он будет смотреться в гробу.
— Это нехорошо, Марджи.
— А потом подумала — надеюсь, у меня будет возможность убедиться в этом лично.
Вечером того же дня Рэйчел позвонила Митчеллу и сообщила, что случайно встретила Сесила и узнала, что Митчелл нарушил их соглашение и консультировался с адвокатом. Митчелл пытался оправдаться тем, что это была не консультация, а разговор по душам. Сесил для него все равно что второй отец. Они говорили о жизни, о любви, а не о юридических тонкостях развода. Тут Рэйчел не удержалась и заметила, что, по ее мнению, Сесил вряд ли что-то смыслит в любви.
— Прошу тебя, не злись на меня, — взмолился Митчелл. — Я был не прав. Ну прости. Понимаю, это выглядит так, словно я попытался устроить дело без твоего ведома. Но, честное слово, у меня и в мыслях этого не было.
Его беспомощные извинения только вывели Рэйчел из себя. Подавив искушение послать ко всем чертям самого Митчелла, его семью и его адвоката, она неожиданно для себя заявила:
— Я собираюсь уехать на некоторое время.
Сообщать об этом Митчу вовсе не входило в ее планы, более того, она до сих пор не была уверена, что поедет. Поэтому собственные слова удивили ее почти так же, как и Митчелла.
