Лидия Алексеевна Чарская
Галина правда
Давно это было.
Зеленели вишневые садочки, нежная травка чуть пробивалась из земли, весенние фиалки синели в лесной чаще.
Все радовалось, все ликовало, а в Галиной хате печаль, слезы.
Плакала Галя.
Мать Гали лежала на убогой кровати бледная, с впалыми щеками и то покашливала, то тихо стонала.
Приходили старухи, прыскали святой водой в лицо Галиной матери, смотрели в ее мутные, большие глаза и говорили, покачивая головами:
- Умрет... Не протянет и до завтра...
Плакала Галя. Мать была всегда такая тихая да ласковая, дочку Галю свою любила. Как же не плакать? Их на свете-то только и было двое: мама да Галя Галя да мама. И вдруг умрет мама...
Плакала Галя.
Потух солнечный луч за деревней, утонул в голубовато-хрустальном озере. Запахло сильнее цветами, первыми ландышами из леса, птицы прокричали в последний раз свой привет перед ночью, и все уснуло, затихло, замолкло до утра. На небе зажглась ночная звездочка, яркая, нарядная и красивая. Галя сидела у оконца, глядела на звездочку и вспоминала, как она с мамой часто сидела по вечерам у порога хатки и любовалась звездочками. А маме становилось все хуже да хуже. Она и кашляла-то глуше, и дышала слабее.
И вдруг нежным тихим голосом позвала она Галю:
- Деточка моя ненаглядная, присядь ко мне, посиди со мною.
Отбежала от оконца Галя, кинулась к маминой постели, обвила маму своими детскими ручонками.
- Не долго уж осталось мне жить, деточка моя, - произнесла мать. - Скоро, очень скоро придется оставить тебя, моя ненаглядная..
- Нет, мама, нет! - воскликнула Галя. - Я не отпущу тебя, не отдам смерти! - И еще сильнее прижалась к матери.
Мать дрожащими руками тоже обняла дочурку.
- Прощай, деточки моя ненаглядная! Прощай, Галя моя! прощай, голубушка. Не забывай маму... Помни: любит тебя твоя мама и будет постоянно смотреть на тебя с неба, деточка, и каждый твой добрый, светлый поступок будет ее радовать. Нет у меня ничего, что бы я могла тебе оставить, дочурка. Одно только было у меня в сердце сокровище, пока я жила и дышала, а теперь я его тебе передам, дочке моей. Это сокровище - правда, Галя. Говори всегда правду, и будет у тебя всегда светло на сердце и ясно на душе! Всегда-всегда одну правду говори, Галя! Одну только правду! ничего не таи, ни в чем не лги! А теперь прощай.
И, перекрестив дочурку дрожащей рукой, умирающая прижала ее к своему сердцу, коснулась нежного детского личика своими горячими губами и затихла навеки.
Упала Галя на похолодевшее тело матери, громко-громко зарьдала и стала покрывать руки умершей поцелуями.
Опять пришли старухи, унесли плачущую Галю в другую хатку, а сами стали одевать Галину маму и укладывать ее в гроб.
А Галя сидит в это время одна, вся в слезах.
Увидала звездочка с неба плачущую девочку, ярко засветила в окошко пустой хатки, точно желая утешить сиротинку. Подняла Галя свои заплаканные глаза к небу, посмотрела на звездочку, протянула к ней руки и прошептала срывающимся голосом:
- Нет моей мамы! Умерла моя мама! Вернись, мама, вернись! - и сердечко ее билось, разрывалось на части.
Плакала Галя.
Рассвело. Солнышко встало над Галиной хаткой. Красивая большая птица опустилась на крышу.
- Кто там плачет? - спросила птица.
Спросила, заглянула вниз в оконце и увидела девочку.
- Хорошенькая девочка! - сказала птица, взмахнула крыльями и очутилась на окне возле Гали. - О чем ты плачешь, девочка? - обратилась птица к Гале и постучала своим длинным клювом в подоконник.
Галя взглянула на птицу, увидела ее широкие крылья, длинный клюв и добрые, круглые глаза и, сразу почувствовав доверие к большой птице, рассказала ей, заливаясь слезами, все свое горе. Птица пожалела сиротинку и сказала ей:
- Ты одна на свете, я тоже одна. Каждому из нас тяжело и грустно в одиночестве, а вместе, вдвоем, нам легче будет переносить тоску. Садись мне на спину, девочка, и я умчу тебя в такие страны, где стоит вечное лето, где пестреют душистыми цветами огромные, непроходимые леса, где громадные белые цветы растут на берегу реки и смотрятся в нее, любуясь своим пышным нарядом. Я умчу тебя туда, где огромные крокодилы выплывают из реки и греются на солнце у берега, а великаны-слоны целыми стаями ходят на водопой. В эту сказочную страну я унесу тебя, девочка. Хочешь лететь со мной?
Галя печальными глазами огляделась вокруг: ей было жаль расстаться и с белой хаткой, и с вишневыми садочками, и с родимой деревней. Но тут же вспомнила девочка, что нет с нею больше ее мамы, а без мамы и хатка, и вишневые садочки, и родная деревня для нее, Гали, не милы...
И, тихо заплакав, сказала птице Галя:
- Унеси меня, большая, добрая птица, куда хочешь. Я готова лететь с тобою далеко, далеко. Хоть на край света!..
Едва только успела произнести эти слова Галя, как мигом очутилась на спине птицы, которая сейчас же взвилась с нею на воздух.
