«
Посылка с шоколадом для Лукерьи Михайловны двигалась совсем другим маршрутом, чем заказные письма. Она шла не через Харьков и Краматорск, а гораздо южнее, и спустя три недели застряла в Бахмуте. Бахмут гораздо меньше Славянска, расположен довольно далеко от него, но совсем близко к линии военных действий, чтобы быть конечным пунктом для посылок. Близость к фронту предполагала в нём скопление враждебных донбасскому ополчению войск, и меня это сильно смущало – получалось, что я слал шоколад не на территорию защитников Новороссии, а на территорию, занятую врагом, и посылка могла достаться атошникам. Первая попытка доставки посылки в славянский университет закончилась фиаско, и, чтобы выяснить причины неудачи, пришлось позвонить в университет:
– Здравствуйте, могу я поговорить с Лукерьей Михайловной?
– С Лукерьей Михайловной?
– Да, с хореографом. Она у вас преподаёт.
– Хореография у нас в другом строении, на Университетской 12. Телефон дать?
Узнав о существовании второго здания, звонить туда я не решился, а вместо этого связался с курьерской доставкой по Украине. Это была частная контора с офисом во Львове. К западным украинцам с начала войны моё отношение оставалось предвзятым – я видел в них оголтелых националистов, ненавидящих всё русское. Каково же было удивление, когда по телефону со мной заговорили на чистом русском. Дружелюбие львовянки я объяснил тем, что моё общение с Галиной мамой благословенно. Я был убеждён, что, позвони я и в вермахт ради Гали, мне бы тоже ответили вежливо: «Да, мы немедленно покинем Славянск. Уже к утру выведем из города всю технику!». На той священной войне мы с Галей были на одной стороне и имели одну Родину. Я сообщил доброжелательной львовянке новый адрес получателя, и на следующий день посылку доставили по назначению.
