— Это закончится ещё одним вторжением североземцев в Гальрад. Они долго копили силы и скоро, возможно, готовы захватить государство. У границы с северной провинцией много труднопроходимых болот и есть только одна дорога в земли севера. Единственное, что им мешает там пройти — аванпост ордена Нефритовой зари, охраняющий границы северной провинции. Когда управительницей была Оливия Рокстерли, в провинции творился полный беспредел. Сейчас там правит её брат — Грейнор, но говорят, что он оставил все на советников, а сам странствует по Гальраду.
— Что-то я немного запуталась, — призналась Камилла.
— Вилберн говорил, что управитель Грейнор очень любит дочерей Оливии и всегда был в хороших отношениях с Норбертом, — пояснил Велимир. — Это человек чести, который не пошел бы на сговор с врагом. Возможно, ему угрожали, и он решил скрываться до окончания своего правления. Вилберну об этом ничего неизвестно. У нас самих больше вопросов, чем ответов. Наверняка понятно только одно: североземцам нужна смерть Лиры Рокстерли. Определенно.
— Что случится, если североземцам удастся убить эту Лиру? — спросила Камилла.
— Ничего хорошего, — безрадостно ответил Дориан. — Они, как мы предполагаем, нашли союзника в лице старшего советника в Браго и не хотят допустить Лиру Рокстерли к управлению провинцией. Нужные им люди останутся у власти. То, что произошло с твоей деревней, будет со всем государством. Мужчины погибнут, женщин и детей возьмут в плен. И до нас рано или поздно они доберутся. Понимаешь?
— Понимаю, — ответила Камилла. — Но, скорее всего, меня сразу же раскроют, вам так не кажется? Увидят, что я девочка из деревни, а никакая не Фрида, воспитательница, или как её там? И тогда все будет напрасно, и даже ваш друг не поможет.
— Никакая ты не девочка из деревни, — опровергнул старик. — Может, раньше так и было, но не сейчас. К тому же, воспитатель не самое худшее, что могло нам подвернуться. Гораздо лучше, чем какая-нибудь служанка. Ты будешь ближе к Лире Рокстерли, чем кто-либо еще. Наладишь контакт, разведаешь обстановку. Сама Фрида Гелдер в замке никогда не появлялась и её, естественно, никто там не знает.
Наступила тишина. Камилла не верила, что это возможно. Она в замках-то ещё не бывала, а ещё и притворяться кем-то другим! Наверняка, эта Фрида богатая, знатная особа, иначе бы её кандидатуру даже не рассматривали. И ещё наверняка у неё есть дети.
— Задумалась о чем-то? — спросил Велимир. — Неизвестность пугает. И меня пугает не меньше, поверь.
— Просто пытаюсь представить все это, — призналась Камилла. — Я там буду совсем одна. И вообще, почему тогда старший советник все ещё не убил эту Лиру Рокстерли? Он уже давно мог с ней расправился.
— Хороший вопрос, — сказал Дориан на этот раз спокойно. — В замке полным-полно людей, а рядом с Лирой Рокстерли много охраны.
— Так что ты думаешь по поводу этого всего? — подвел итог Велимир.
— Это будет непросто.
— Да, непросто. Но ты ведь не сказала нет.
— Верно, — Камилла посмотрела на него. — Не сказала.
Она до конца не знала, как относиться к услышанному. Проблемы девочки, которую хотят убить — это её проблемы, несомненно. Но одна только мысль о том, что начнется война между Гальрадом и Северными землями приводила в ужас. Люди, которых Камилла ценила и любила, с которыми работала в одном поле, спала под одной крышей, знала с самого рождения, пали от рук безжалостных североземцев. Подобное тяжело принять.
И теперь североземцы, сломавшие ей жизнь, вторглись в Гальрад. Но на этот раз иначе. Теперь они действуют тайно. Но враг есть враг.
Сердце подсказывало, что если сейчас не использовать этот шанс, другого уже не подвернется.
— Я сделаю это, — глухо сказала Камилла, и собственный голос показался чужим.
День близился к вечеру. Велимир сообщил, что завтра утром за Камиллой приедет карета. Всю оставшуюся часть дня они сидели и учили информацию о Фриде Гелдер — состоятельной девушке из центральной провинции, счастливой матери двоих детей. По удачному стечению обстоятельств, Фриду выдали замуж в самом раннем возрасте, позволительному по закону — шестнадцать лет. Поэтому она старше Камиллы всего лишь на три года. Камилла запомнила самое основное, чтобы легко отвечать на вопросы о себе в случае, если кому-то взбредет в голову что-либо спросить. Как зовут её детей, мужа и ближайших родственников, откуда родом, как обстоят дела с деньгами. Но это оказалось ещё не все.
— Одно время ходили слухи, что советник Двейн владеет даром предвестника и умеет чувствовать ложь, — сказал Велимир. — Все таки, он был правой рукой императора. Но это в прошлом. Двейн уже давно отсиживается в замке в собственных в покоях и не вступает в политические распри. А без периодической практики сложно удерживать умение на должном уровне.
— А, вы, тоже можете чувствовать ложь?
