— Что у нас есть? Лиру хотят убить, и с этим связан старший советник. А в подвале особняка, куда она направилась, произошло непонятно что. Просто великолепно! По крайней мере, если в особняке была попытка покушения на Лиру, то нужно узнать, кто велел ей отправиться в этот особняк. С этого и нужно начинать. Наверняка, это была просьба старшего советника.
— Верно, — согласился Дьюк. — Но начинать нужно с другого: прежде всего, изучить своего врага. Понять мотивы, по которым кто-то зашел настолько далеко. Мы все ещё не понимаем намерений врага.
Камилла тяжело вздохнула.
— Да. Все же, ты остался, и это очень поможет. Спасибо, Дьюк. Кстати, тебе придется сказать Лире, что ты не ушел. И пусть выделит комнату для гостей. Только не говори о настоящей причине своего возвращения. Ей не нужно знать. Пока что.
— А что я скажу?
— Ну, придумай что-нибудь!
В голову, как назло, ни одного подходящего варианта не приходило.
Каждый в общине будет переживать. Эда, словно сама не своя, начнет делать какие-нибудь дела, Вайн и Габор отвлекутся разговорами, а Божко молча сядет в стороне. Впервые Дьюк покинул близких людей на столь длительное время, и когда они воссоединяться вновь пока не ясно. Да, бывали моменты, когда общине приходилось расходиться, но никогда поодиночке. «Община сильнее вместе» — любил говорить Божко. И сам же отпустил Дьюка, потому что верил — это лучшее решение в сложившейся ситуации.
— Дьюк, — позвала Камилла, встав с кровати, чтобы пройтись по комнате. — Ты помнишь, кто я?
— Кто ты? — не понял он.
— Госпожа Фрида! Не забудь. Ты понял?
— Да, Госпожа Фрида.
Он направился к выходу, найти Лиру Рокстерли как можно скорее. Будет ли она вообще рада, что Дьюк пожелает остаться в замке до коронации?
Камилла нерешительно вздохнула, будто собираясь с силами.
— Дьюк, ты должен знать ещё кое-что.
Он остановился в шаге от двери и замер, почувствовав напряжение в голосе. Слова давались ей нелегко.
— Твой отец жив.
Камилла помнила, как сильно переживала, когда ехала в замок Браго в невероятно комфортном и шикарном конном экипаже в сопровождении воинов Малеонского ордена. Как сидела молча в карете и перебирала возможные варианты будущих событий. Повторяла про себя все известные факты о личности Фриды Гелдер.
Всё оказалось куда проще, чем думалось. По прибытии её встретил старший советник Двейн. Среди толпы его легко было найти из-за одежды серебристого цвета с золотыми полосками и практически полным отсутствием волос на голове. Двейн говорил медленно, неторопливо. Сразу пригласил к себе в кабинет, предложил чаю, от которого Камилла любезно отказалась. Просто из вежливости спросил, как поживает муж, как дети. Разговор протекал размеренно и спокойно. Не пришлось даже спрашивать, что именно нужно делать. Советник сам в процессе разговора сделал несколько важных замечаний, которые Камилла тут же запомнила и повторила про себя. Следить за тем, чтобы сестры Лира и Амелия ложились спать вовремя и вовремя вставали, собирались к столу как полагается, чтобы младшая посещала назначенные ей занятия, а старшая готовилась к церемонии. Советник предупредил, что если что-то нужно, она знает, где кабинет, и может приходить до полуночи, но по пустякам беспокоить не стоит. Затем показал, где её покои. Шикарная комната, о которой Камилла могла только мечтать, находилась в противоположенном крыле замка, ближе к девочкам. Про приглашение в замок советник Двейн даже не упомянул. Его Камилла показывала только командиру стражников при въезде в замок.
Наконец, старший советник представил сестрам Фриду Гелдер.
Новую воспитательницу приняли прохладно. Лира разговаривала учтиво и вежливо. До принятия титула управительницы оставались считаные дни, и Лира всем своим видом показывала, что уже взрослая и сама знает, что нужно делать и как себя вести. В разговоре она учтиво намекнула, что Камилла для воспитательницы слишком молода и поинтересовалась, сколько у неё детей. Камилла как можно более непринужденно ответила, что детей у неё двое, замуж вышла в шестнадцать и это нормально.
Младшая сестра — Амелия, поначалу была более молчаливой. И в отличие от Лиры, многое себе позволяла и с первой минуты знакомства обратилась к Камилле, чуть ли не как к хорошо знакомому другу. Камилла решила, что это попытка сбить с толку или разозлить и не реагировала, как подобает благородной даме. Тем более, простая манера общения была более привычна. В коммуне все друг друга знали и общались непринужденно.
Иногда Амелия прогуливала занятия с личными учителями. В такие дни Камилла знала, что почти наверняка могла найти девочку в саду, возле памятника отцу. Ухоженный сад, полный красивых деревьев и цветов, находился на заднем дворе замка. Камилла впервые в жизни видела такую красоту. Большинство цветов вообще не росли в Гальраде и были привезены из Палеонесса.
Наслаждаясь видом, Камилла застала Амелию, сидевшую на широкой скамье в полном одиночестве.
— И чем же ты тут опять занимаешься? — спросила Камилла.
