Марк повел плечом. Может, он зря настолько в штыки воспринимал в последние годы все, что так или иначе было связано с родителями? Да, семь лет назад они не приняли его выбор. Они ждали, что сын станет Пятнадцатым колдуном Нижегородского круга, продолжит семейное дело стража аномалии. Но то, с каким усердием ему навязывали этот путь, с каждым годом все сильнее отвращало от него Марка. Занять должность одного из колдунов Круга – что может быть почетнее! Вот только его это к моменту, когда он повзрослел и мог уже сам решать, больше не прельщало.
Марк видел, что у его друзей детства, таких же отпрысков семей членов Круга, все было иначе. Их не заставляли, на них не давили. Напротив, любовь к будущим обязанностям и ощущение долга перед городом, страной, всем миром прививали аккуратно, даже нежно. Арсений Лиговский, отец Марка, был жестким и суровым. А мать, Анастасия, наоборот, слишком мягкой и не могла повлиять на мужа.
Но в последнее время родители вроде как приняли его выбор, или по крайней мере были на пути к этому. Мать звонила все чаще, интересовалась жизнью сына. Отец, разумеется, позвонить не мог, но Анастасия постоянно передавала от него приветы и пожелания всего хорошего. Как будто они что-то поняли, и Марку хотелось в это верить.
– Если тебе некуда будет пойти, ты всегда можешь вернуться к нам, – произнесла мать, отвлекая колдуна от собственных мыслей.
– Я стараюсь об этом не забывать, – ответил Марк и принялся за еду.
Завтрак прошел в молчании, не считая работающего телевизора. Его мало кто смотрел, но включить какую-нибудь передачу было делом привычки.
Анастасия отложила приборы и отодвинула тарелку, а затем спросила:
– Ты собираешься навестить отца?
При этих словах сердце Марка тронул холодок.
– Не в этот раз. Я… не готов сейчас, – решил признаться он. – Но собираюсь приехать чуть позже, побуду здесь дольше. Может, тогда.
Анастасия кивнула, принимая его решение, однако в голубых глазах застыла печаль. Марк не жалел мать – отчасти она тоже была виновата в случившемся. Она могла хотя бы попытаться повлиять на Арсения, когда дело коснулось экспериментов с Нижегородской аномалией, она не могла не знать, чем это грозит всему миру. Но отчего-то не стала. Угрозу аномалии удалось устранить, Арсений понес наказание и отправился в изолятор. Мать навещала его и утверждала, что он раскаивается и хочет поговорить с сыном. А Марк морально готовился к встрече с отцом, не зная, что все-таки испытывает к нему. В последний раз, когда они виделись, это была ненависть, и Марк даже ударил отца.
– Я предупрежу его. Расскажи тогда, зачем ты приехал?
В телефонном разговоре колдун не стал говорить матери о деталях. Просто сообщил, что едет и дело срочное.
– Я помогаю УСК с одним делом. Ты помнишь Красу и ее дочь? Они из Калининградского круга.
– Да, конечно.
– Так вот, Варвара Краса – старшая мертва. Ее убили.
Мать выглядела ошарашенной. Не говоря ни слова, она смотрела на Марка, а затем наконец выдавила:
– Кто?
– Это и нужно выяснить. Но ни дочь Красы, ни Калининградский круг не идут с УСК на контакт. У них на это свои причины, но пока что они – единственные, кто может помочь продвинуться в деле. Мне нужен ярлык. Они не смогут отказать колдуну Круга, пришедшему узнать об их делах.
Анастасия какое-то время молчала, как-то странно глядя на Марка. Она взяла в руки льняную салфетку и стала складывать из нее конвертик, словно о чем-то задумавшись. Развернув салфетку и просто сложив ее вчетверо, мать наконец посмотрела на сына.
– Но ты же не в Круге. Если уж у кого и есть право требовать от калининградцев ответа, то только у одного из действующих членов.
Марк взглянул на мать, вложив во взгляд всю иронию, на которую был способен.
– В Калининграде об этом знают?
– Только о проступке Арсения. Мы… как-то не стали говорить им о том, что ты отказался от поста Пятнадцатого.
Колдун с довольным видом хлопнул ладонями.
– Ну вот и все. Им и необязательно знать. Сами ведь они не спрашивают и правом узнать о делах другого Круга не пользуются.
Но Анастасия колебалась. Тогда Марк решил зайти с другой стороны.
– Мама, это ведь ради поиска убийц. Краса не просто колдунья, она была одной из Круга. А что, если и остальные в опасности? Что будет с аномалией, если их всех убьют?
– Хорошо, – наконец сдалась Анастасия, – я сделаю для тебя ярлык. Но об этом никто не должен узнать.
– Мама! Ты забыла, с кем разговариваешь?
В ответ на это она невольно улыбнулась. Поднявшись из-за стола, Анастасия взъерошила волосы сына и принялась с помощью магии собирать посуду. Марк встал, чтобы помочь ей. Мановением рук, не касаясь тарелок с едой, он отправлял их в холодильник.
– У тебя есть на сегодня планы? – спросил он.
– Не особенно, – сказала Анастасия, заставляя грязные тарелки укладываться в посудомойку, – нужно будет только подготовить ярлык для тебя, ну и все.
Запустив устройство, мать обернулась к Марку.
– Ты не закончил Академию, чтобы потом все равно дела расследовать? Или я чего-то не понимаю?
Колдун лукаво улыбнулся и пожал плечами.
– Меня попросили помочь, – ответил он.
