Черис, словно зачарованная, уставилась на категоризацию ответов на этот конкретный экзаменационный вопрос. Кто мог знать, что у экзаменаторов Кел есть чувство юмора? Двумя категориями, которые привлекли ее внимание, были «еретическое мышление» (что и следовало ожидать) и «безнадежная тупость» (тоже следовало, но не в такой прямолинейной формулировке).
– Неудивительно, что меня не взяли в инструкторы, – сказал Джедао, тоже очарованный. – Я бы не вписался.
Жертвенный Лис – инструктор? Вот уж нет.
– Какая категория вас интересует? – спросила она.
– Давайте проверим распределение в «еретическом мышлении» и «завтра же повысить».
Ее внутренности свело судорогой.
– Только цифры, Черис.
Два процента экзаменационных ответов были помечены как еретические. Черис подозревала, что эти кадеты в Академии не задержались – или их назначили на непопулярные должности с вечным клеймом в личном деле. Наверное, в ее полном досье, к которому у нее не было доступа, теперь имелась аналогичная пометка из-за того, что она предложила разбудить Джедао.
– Я прекрасно понимаю, что не стоит пытаться уговорить вас взломать эту базу и вытащить больше сведений, – мечтательно проговорил Джедао. – Вы, Кел, в таких вещах ужасно упрямы.
– Рада, что вы о нас такого высокого мнения, – сказала Черис.
– Шуосская привычка, только и всего. Вы же понимаете, что всё оружие в вашей власти? – Голос немертвого генерала звучал так, словно он расхаживал по комнате из угла в угол.
– Она не дурочка и отлично понимает, что решение о том, куда направить это оружие, принимают Шуосы, – с недобрым видом проговорил Нирай. Построенная им крепость была огромна. И как только она не рухнула, превратившись в вихрь карт?
– Почему вы записались в армию Кел? – спросила Черис.
Джедао остановился – по крайней мере, его голос больше не двигался.
– Это мне лучше подходило, – сказал он. – Я хотел служить, а от копания в разведданных у меня портился характер.
– Не верьте ему, – посоветовал Нирай, начиная разбирать одну из башен. – Он чаще убивал, чем занимался аналитической работой.
– Что-то я такого не припоминаю, – заметил Джедао.
Черис сменила тему, прежде чем разговор перешел в опасное русло.
– Те, кто набрал больше всего баллов, провели множество топологически сложных операций, – сказала она. – Теоретически можно спровоцировать пробой в щитах, если убедить оператора сделать что-то глупое с точки зрения математики. – Она просмотрела несколько предложенных вариантов. – Впрочем, похоже, для такого нужны машинная быстрота и точность – а я рискну предположить, что композитные соединения возле Крепости работать не будут.
– Если вы увидите топологическое решение, – сказал Джедао, – скажите мне о нем. Чтобы выполнить подобное, требуется аугмент, но мне нельзя его установить.
– Но если не это, что же тогда?
– У меня почти те же сведения, что у вас, – сами понимаете, что это значит. Даже в мое время инвариантный лед был засекречен по максимуму. Но проверьте, получится ли вывести на монитор файл по испытаниям сигнификата Крепости.
У узловой крепости был сигнификат? Черис послала запрос.
Система проинформировала ее, что такого файла не существует.
– Ох, ради лисы и пса. – Джедао на миг призадумался. – Спросите, можно ли с кем-то поговорить на эту тему.
Черис спросила – и ее огорошил всплывший бланк запроса.
– Подпишите моим именем. Может, это их расшевелит.
– Моя карьера будет очень короткой, – заметила она, но сделала, как он велел.
– Вы же ястреб-самоубийца, – не остался в долгу Джедао. – Такое для вас в порядке вещей.
Нирай закончил разбирать башню и теперь строил новую из тех же карт.
Восемь минут спустя, когда они гадали, дошел ли запрос, прибыл ответ. Он был простым: «ФАЙЛОВ НЕТ».
– Так теперь выглядит печать Командования Кел? – спросил Джедао. – Я думал, на ней ястреб с мечом. Или это какое-то подразделение?
– Это Архив, – сказал Нирай, – старый добрый Архив. – Он подыскивал в башне место для пары карт шестереночной масти. Одной из них была двойка шестерней, и Черис продрал озноб: давным-давно Джедао выбрал ее в качестве личной эмблемы.
– Не имеет значения, – сказал Джедао. – Но есть проблема, которая заключается в том, что у Командования Кел имеются от нас секреты. Нужный мне файл существует, если его не удалили – а они бы так не поступили.
Черис нахмурилась.
– Грубовато с их стороны.
– Им и не нужно с нами цацкаться. У нас нет рычагов давления. Но вывод ясен: они защищают нечто настолько важное, что его секретность превыше возможности отвоевать Крепость.
Ход его размышлений заставил Черис занервничать, но он вполне соответствовал тому, что ей было известно о Командовании Кел.
– Так или иначе, давайте я расскажу вам, что знаю. Если вы просмотрите уцелевшие записи, то увидите, что в физическом проявлении щитов имеются некоторые вариации, чаще всего связанные с цветами и узорами. Так проявляется влияние человека-оператора.
– Вы уверены, что это не какая-нибудь особенность инвариантного льда? – спросила Черис.
– Нет, – сказал Нирай. – Будь оно так, моя фракция знала бы.
