Дата по звездному исчислению 4220.1…
Составление карты планеты класса Q Дельта Канарис-4 продолжается. Эта планета, открытая спустя три года после начала нашего полета, рассчитанного на пять лет, представляет собой нечто вроде отдушины для экипажа, уставшего от монотонности каждодневного исполнения однообразных операций в глубоком космическом полете. Постоянно меняющееся гравитационное поле требует частых коррекций орбиты, но эта дополнительная работа может принести свои плоды, поскольку нельзя исключить наличие здесь жизни в тех или иных формах. Показания датчиков положительны, хотя и указывают, в соответствующей части спектра, на отличие вышеупомянутых признаков жизни от любых других ее видов, уже обнаруженных звездолетом Федерации. Среди членов экипажа царит радостное возбуждение, их моральное состояние никогда еще не было столь высоким…
Капитан Джеймс Т. Кирк почувствовал, как палуба «Энтерпрайза» уходит из-под ног. Схватившись за поручень, он счастливо избежал неприятных последствий гравитационных флуктуаций. Осмотрев рубку управления кораблем, капитан удостоверился, что его офицеры занимаются своим делом. Вот и сейчас они сумели в очередной раз избежать порыва гравитационной волны, пришедшей от проплывающей под ними планеты.
– Доложите обстановку, мистер Зулу, – приказал командир звездолета.
– Орбитальные коррекции уже произведены, сэр, – отрапортовал опытный пилот, продолжая колдовать над клавишами пульта управления; его пальцы мелькали так быстро, что у Кирка зарябило в глазах. Он одобрительно кивнул: этот азиат знал свое дело и не нуждался ни в понуканиях, ни в подсказках. Капитан посмотрел чуть правее.
– Лейтенант Ухура, оказывают ли эти гравитационные волны какое-либо влияние на коммуникационную аппаратуру?
– Нет, сэр, – ответила она. – В субкосмосе, вплоть до шестнадцатой Базы, не отмечается никаких помех. Вы желаете связаться с ними?
– Позже. Мне еще нужно закончить составление годового отчета.
– А если бы космос был забит помехами, то вы не стали бы составлять отчет? – во взгляде этой негритянки-банту промелькнула лукавинка.
– Вот уж не предполагал, что команда звездолета заранее знает мои действия, – устало проговорил Кирк. – Все эти отчеты замучили меня. Я бы с удовольствием присоединился к мистеру Споку, который смотрит сейчас, какие сюрпризы может подкинуть нам эта планета.
Он взглянул на экран монитора, где радужная атмосфера Дельты Канариса, состоявшая почти из одного метана, вытворяла чудеса.
– Все это здорово смахивает на Юпитер, даже вот то большое красное пятно, – сказал он больше для себя, чем своему офицеру связи.
– На этом сходство и кончается, капитан, – раздался ровный, чуть приглушенный голос мистера Спока. Вулканец вошел в рубку, но Кирк, поглощенный завораживающей картиной газового гиганта, не сразу заметил его присутствие. – Компьютерный анализ всех предыдущих показаний датчиков говорит о том, что живые организмы здесь по форме должны быть похожими на лист бумаги.
– Но почему, мистер Спок? – вопросительно посмотрел Кирк на невозмутимого помощника командира звездолета по научной части, подумав про себя, что вулканец хочет подстроить ему какую-то каверзу. Конечно, в словах ученого чувствовалась ирония, но командир знал, что Спок больше всего ценил логику, а юмор не вписывался в законы логики.
– Это совершенно новая форма жизни. Вполне возможно, что она обладает чувствительностью.
– Возможно?
– Точнее, вероятно на девяносто четыре процента, капитан. Эти организмы едва ли больше вашей руки, а их толщина – не более одного миллиметра из-за интенсивной планетной гравитации. Нам удалось различить дороги, а также структуры, которые, по-видимому, являются у них городами. Мы даже предполагаем наличие своеобразного флота, плавающего по океану из аммиака.
– Но ведь они толщиной всего миллиметр?!
– Даже меньше. Толщина, в принципе, меняется и зависит от приема пищи, движения и…
