Это место вызывало в нем тревогу, словно напоминание о том, как легко может быть потеряно королевство.
— Зачем мы здесь?
Лорен выступил из арки на несколько шагов, сминая цветы под ногами. Теперь он прислонился спиной к одному из разрушенных каменных массивов.
— Я часто приезжал сюда, когда был младше, — сказал Лорен, — вместе с моим братом.
Дэмиен похолодел и замер, но в следующее мгновение стук копыт заставил его повернуться, зазвенел его меч, доставаемый из ножен.
— Нет. Я жду их, — остановил его Лорен.
Это были женщины.
И несколько мужчин. Вникнуть в Васкийский диалект было труднее, когда быстро говорило сразу несколько человек.
У Дэмиена забрали меч и кинжал, висевший на поясе. Ему это не понравилось. Лорену позволили оставить свое оружие, вероятно, уважая его статус принца. Когда Дэмиен огляделся, то понял, что вооружены были только женщины.
И затем Лорен произнес то, что понравилось ему еще меньше:
— Нам не позволено видеть дорогу в их лагерь. Нас отведут туда с завязанными глазами.
С завязанными глазами. Дэмиен едва успел обдумать эту мысль, когда Лорен молча кивнул ближайшей женщине. Он увидел, как повязка скользнула на глаза Лорена и была завязана. Вид слегка ошеломил Дэмиена. Повязка закрывала глаза Лорена, но подчеркивала другие его черты: отчетливую линию подбородка, ниспадающие светлые волосы. Было невозможно не посмотреть на его губы.
Через мгновение он почувствовал, как повязка скользнула на его собственные глаза и была завязана на тугой узел. Он лишился зрения.
Их вели пешком. Это был не сложный, запутанный уловками путь, по каким он ходил через дворец в Арле. Они просто дошли до места назначения. Они шли около получаса, прежде чем услышали бой барабанов, низкий и непрерывный, который становился все громче. Повязка на глазах выступала, скорее, требованием подчинения, а не предосторожности, так как проследить их шаги казалось вполне возможным, как для него самого с подготовкой солдата, так и для Лорена с его аналитическим складом ума.
Когда повязки сняли с глаз, они увидели, что лагерь вмещал в себя длинные палатки из выделанной кожи, лошадей за ограждением и два зажженных костра. Вокруг костров двигались фигуры, и они разглядели людей с барабанами, бой которых эхом разносился в ночи. Это выглядело оживленным и немного диким.
Дэмиен повернулся к Лорену:
— Вот здесь мы проведем ночь?
— Это выражение доверия, — сказал Лорен. — Ты знаешь что-нибудь об их культуре? Еду или вино — принимай все, что тебе предложат. Женщину рядом с тобой зовут Кашэль, она назначена твоей помощницей. Женщина на возвышении — Хальвик. Когда тебя ей представят, преклони колени. После можешь сидеть на земле. Не иди за мной на возвышение.
Дэмиен подумал, что они уже выказали достаточно доверия, придя сюда вдвоем, с повязками на глазах и без оружия. Возвышение было покрытой шкурами деревянной конструкцией, установленной рядом с огнем. Наполовину трон, наполовину кровать. Хальвик восседала на нем, следя за их приближением своими черными глазами, которые напомнили Дэмиену глаза Арну.
Лорен спокойно поднялся на возвышение и устроился в томной позе рядом с Хальвик.
В отличие от него, Дэмиена толкнули на колени, затем подняли, подвели к возвышению и усадили. По крайней мере, вокруг огня валялись шкуры, на которых можно было сидеть. К нему подошла Кашэль и села рядом. Она предложила ему чашу.
Он все еще был раздражен, но вспомнил совет Лорена. Он осторожно поднес чашу к губам. Жидкость была молочно-белого цвета и резко отдавала алкоголем; один маленький глоток, и Дэмиен почувствовал, как она обожгла горло и распространилась по венам.
Он увидел, как на возвышении Лорен взмахом руки отклонил похожую предложенную ему чашу, несмотря на совет, который сам же дал Дэмиену.
Разумеется. Разумеется, Лорен не пил. Лорен окружал себя пышной роскошью излишеств, но жил в них, как аскет. Мысль, что кто-то считает, что они трахаются, была выше понимания Дэмиена. Никто, знающий Лорена, ни за что бы так не подумал.
Дэмиен осушил чашу.
Они наблюдали показательный бой — борцовский поединок — и женщина, победившая в нем, была очень хороша, обезвредив соперницу отточенным захватом, да и сам бой был, действительно, достойным.
После третьей чаши Дэмиен решил, что напиток ему нравится.
Он был крепкий и горячительный, и Дэмиен обнаружил, что по-новому смотрит на Кашэль, которая наполняла его чашу. Она была примерно одного возраста с Лореном и привлекательной, со зрелым, оформленным телом. У нее были теплые карие глаза, поглядывавшие на него из-под длинных ресниц. Ее волосы были заплетены в длинную перегибающуюся через плечо темную косу, кончик которой покоился на упругой груди.
Возможно, не так уж и плохо, что они пришли сюда, подумал Дэмиен. Эта культура была честной, женщины прямолинейными, а еда простой, но сытной: хороший хлеб и зажаренное на вертеле мясо.
