В Алёниных глазах мелькнул страх. На миг, но этого хватило, чтобы Канэко почти поверил ей. Он по опыту знал, что страх – эмоция, которую трудно скрыть и нелегко подделать.
– Что ты должна передать Руслану? – повторил кэндзя. – Доверься мне. Иначе твой друг может пострадать.
Алёна покраснела. Руки её слегка дрожали, и она вцепилась в коленки.
– Лера сказала… – девушка судорожно сглотнула. – Нет, я не могу! – она вдруг закрыла лицо ладонями и зарыдала.
Аяко демонстративно фыркнула. Её эти слёзы, причитания и колебания уже начали утомлять. Ясно было, что девчонка всё расскажет, но пока они теряли время, и ведьма испытывала досаду.
Хизеши почесал за ухом и нетерпеливо поёрзал на стуле. Он на этом «допросе» явно чувствовал себя не в своей тарелке: угрожать было некому, выбивать дурь тоже беседой не предусматривалось.
– Ну, перестань, – проговорил Канэко, глядя на девушку. – Этим делу не поможешь. Пойми, я должен знать, что хочет от твоего друга Лера. Если это она.
Алёна подняла заплаканное лицо и с отчаянием посмотрела на кэндзя.
– Вы мне не поверите! – прошептала она.
– А ты всё же попробуй, – посоветовал Старейшина.
Девушка перевела дух и вытерла руками слёзы. О поплывшей косметике она не думала.
– Лера сказала, что её забрали…эти… забыла слово… в общем, её похитили. И она просила передать Руслану, что ему тоже грозит опасность. И… кое-что ещё, очень личное. Я должна его найти! – Алёна молитвенно сложила руки. – Помогите, пожалуйста!
– Спокойно, девонька, – пробормотал Канэко, глядя в пустоту. – А похитили её, часом, не сфинксы нуэ?
– Да! – воскликнула Алёна. – Откуда… вы знаете?
– Неважно. Значит, её похитили, но звонить она может, кому вздумается?
Девушка пожала плечами.
– По правде говоря, я сама толком ничего не поняла. И что это вообще за сфинксы такие? Они же… не существуют. Ну, то есть, их египтяне придумали.
– Знаешь, – сказал Канэко, не собираясь вдаваться в дискуссию о мифах, – твоему Руслану, похоже, действительно грозит нешуточная опасность.
– Правда? – Алёна побледнела ещё сильнее, губы у неё задрожали.
– Думаю, по телефону ты можешь сообщить Руслану то, о чём тебя просила Лера. Тебе ведь не обязательно встречаться с ним для этого лично?
– Наверное, нет, – после короткой паузы неуверенно отозвалась Алёна.
– Лера уточняла, о какой опасности идёт речь?
– Нет.
– Если мы найдём Руслана, – сказал Канэко, – то передадим ему всё, что ты сказала.
Алёна нахмурилась.
– Но… я думала, что…
– Разумеется, мы тебе сообщим, если обнаружим его.
Алёна потеребила замочек молнии на сумке, неуверенно огляделась.
– А то… что я должна передать лично?
– Скажешь ему сама. По телефону. Если будет возможность связаться.
– Почему я не могу встретиться с ним лично?
– Ну, он же, предположительно, в Финляндии.
Алёна кивнула.
– Хорошо, – сказала она. – Я вам уже что-нибудь должна?
– Нет. Поговорим о деньгах, когда будет результат.
Девушка поднялась.
– Анатолий тебя проводит, – сказал Канэко.
– Ага! – Хизеши вскочил, довольный, что беседа прошла мирно и относительно продуктивно. – Ясен пень. С ветерком доставлю.
Алёна взглянула на него с опаской.
– Отвезёшь Алёну к дому, – сказал Старейшина.
– Хорошо, сэн… Кирилл Андреевич. Прошу за мной, мадмуазель, – обратился Хизеши к девушке, как ему казалось, галантно улыбнувшись.
– До свидания, – проговорила Алёна.
– Счастливо, – кивнул Канэко, уже поднимая телефонную трубку.
– Кстати, а где Ичиро? Что-то давно его не было видно, – шёпотом поинтересовался, уже стоя на пороге, Хизеши.
– Я отправил его в отпуск, – ответил Старейшина. – Надо же человеку отдохнуть.
– Везёт же некоторым! – завистливо цокнул языком бугай. – Может, и меня когда отпустите?
– Рано или поздно – непременно, – пообещал Канэко.
– А то личная жизнь прямо горит!
Когда дверь за Хизеши и Алёной захлопнулась, Старейшина взглянул на Аяко.
– Что думаешь?
Ведьма пожала плечами.
– Без понятия, сэнсэй. Всё запутано, как клубок после кошачьих игр.
– Алло! – крикнул в трубку Канэко. – Установи круглосуточную слежку за Егоровой. Адрес возьмёшь у Такано. Пока всё, – повесив трубку, кэндзя уставился на Аяко.
– Ну, а женская интуиция что подсказывает?
– Всё, что она говорит – вранье.
– Почему?
– Да потому что Эйко умерла. И никому звонить не может.
– С одной стороны, да. Но, с другой, способ связаться с Егоровой у неё был, – помолчав, сказал Канэко. – Это если мы допускаем, что по телефону действительно говорила Эйко.
– Только при одном условии она могла это сделать, – ведьма поджала губы.
– Совершенно верно.
– Это невозможно! – Аяко упрямо насупилась. – Никто из нас не пошёл бы на это, вы же знаете.
Канэко покачал головой.
– Нет, не знаю.
Ведьма вспыхнула.
– Эйко… – начала было она, но кэндзя прервал её.
