Но и тогда, после Пекина, передышка организму была необходима. При этом я не любительница валяться на пляже. Для меня отдых — это всегда какая-то активность, надо что-то делать: ездить на экскурсии, узнавать какие-то любопытные подробности об интересных местах…
Вернулась я в сборную в итоге уже очень скоро, в 2009 году. По сути, ничего и не пропустила. Все-таки на тот момент я была действующей спортсменкой, и честь страны для меня не пустой звук. Чуть-чуть «отдышавшись» в спокойной обстановке, приняла решение снова защищать ее цвета.
Я приехала в Монтре, где снимался ролик для FIVB. Наша сборная тоже находилась там. Мы поговорили с новым тренером национальной команды Владимиром Ивановичем Кузюткиным, и он сразу ответил: «Жду тебя в сборной в любое время. На Гран-при поедешь обязательно, без всяких предварительных сборов и просмотров». Такой легкий получился разговор. Сошлись в итоге на том, что я приеду непосредственно на Гран-при.
Турнир тот складывался для нас непросто. Изначально Кузюткин говорил, что в дебюте практически не будет меня задействовать. В первых двух матчах я входила в игру со скамейки запасных, но потом вернулась в стартовый состав. В предварительном турнире мы потерпели ряд неожиданных поражений, например от Японии и Пуэрто-Рико, но в конце концов заняли второе место.
А вот на чемпионате Европы 2009 года у нас не сложилось. Обидно. Проиграли Польше и Голландии и даже не попали в финал — как и в 2003 году в Турции… Вообще у меня с континентальными первенствами как-то не складывалось.
Чем Кузюткин отличался от своих предшественников в сборной? Пожалуй, категорической нелюбовью к тренажерке. Все нагрузки предпочитал давать в зале, причем работой с мячами. Еще ни один другой тренер сборной не тратил столько времени и сил на то, чтобы построить защиту. В любом случае у нас на чемпионате мира 2010 года были очень хорошие защитницы: и Люба Соколова, и Света Крючкова, и Таня Кошелева. Да и себя я со счетов не сбрасываю. Понятно, что так летать по площадке, как, например, Света, я не могу. Но вообще в защите, учитывая мой рост, играю неплохо и пользу команде в этом компоненте игры тоже всегда приносила.
Да, здорово, когда у тебя благодаря хорошему приему есть такая вариативность в атаке, которая была у сборной России в мировом первенстве. Но при этом хорошая защита дает в нападении дополнительные шансы.
Также Владимир Иванович являлся противником длительного дневного сна. Он всегда говорил нам, что лучший отдых — прогулка. Если была возможность выбора, он всегда был за прогулку. А нам, конечно, это не нравилось: за много лет в сборной мы привыкли к определенному режиму, и дневной сон всегда был важной частью восстановления.
Если стоял выбор — «сон или прогулка» — мы, конечно, всегда голосовали за сон. А прогулки откровенно раздражали. Например, на чемпионате Европы 2011 года, который для нас выдался сложным и неудачным. После тяжелых вечерних матчей хотелось скорее лечь в постель, но вместо этого по тренерскому плану нужно было идти гулять.
Приходилось слушаться. Хотя в какие-то моменты доходило до скрытого протеста. Все-таки массаж и различные медицинские восстановительные процедуры представлялись нам куда более важным делом, чем вечерний моцион… И мы вместо прогулок шли ко врачам. Спасибо докторам, они нас в этом вопросе всегда поддерживали. Не уставали говорить тренеру: «Владимир Иванович, конечно, когда девочки отдохнувшие, когда у них ничего не болит, тогда погулять — это здорово и прекрасно. Но медицинское профессиональное восстановление прогулки заменить не могут».
Даже не могу сказать, чем Кузюткин принципиально отличался от своих предшественников на посту наставника сборной. Каких-то особенных «фишек» и заморочек, кроме этой любви к прогулкам, у него не было. Тренер и тренер. Проводит занятия, дает установки на матчи, подсказывает в тайм-аутах. Все как обычно.
При этом наставником Кузюткин был очень строгим. Дисциплина четкая, внутрикомандные правила обязательны к выполнению для всех. Если на матч дана определенная установка — значит, надо ей следовать до тех пор, пока он не внесет коррективы. С этим связан, кстати, один забавный эпизод.
Чемпионат мира 2010 года. Полуфинал, концовка матча с американками, у нас матчболы. Оставалось забить всего один мяч — и все, победа, здравствуй, финал. Кузюткин все время кричал нашей связующей Жене Старцевой, чтобы она пасовала мне. А там получилась такая расстановка, что напротив меня стояли самые высокие соперницы. После нашего приема они каждый раз бежали втроем меня блокировать — и смягчали удар, и получали контратаку.
Однако Кузюткин продолжал кричать: «Пасуй в четыре!» — то есть в мою зону. Мы в итоге с Любой Соколовой прямо перед розыгрышем подошли к Жене, и я сказала: «Пасуй Любе!» Она послушалась, и Люба забила вообще, по-моему, без блока. Все, матч окончен.
Приходим в раздевалку, вдвоем подходим к Жене:
— Ты чемпионат мира выиграть хочешь?
Она кивает.
— Ну тогда слушай то, что мы говорим!
