Как выясняется, мистер Макгивер, понятное дело, потерял все. Когда ферма на свином дерьме рванула, горожане и поборники охраны окружающей среды закрыли его предприятие и поперли его из города. Дальше, поскольку он назанимал уйму денег, чтобы строить свои корабли на топливе из свиного дерьма, банки заморозили все его счета и совсем вышвырнули его из бизнеса.
— Но с этим полный порядок, Форрест, — говорит мистер Макгивер. — Все равно моей первой любовью было море. На самом деле я никогда не хотел стать администратором или магнатом. И черт побери, сейчас я занимаюсь именно тем, чем всегда мечтал.
Когда я спросил его, чем, он рассказал.
— Я капитан корабля, — гордо признался мистер Макгивер. — Купил себе здоровенный кораблище, который прямо сейчас в бухте стоит. Хочешь посмотреть?
— Ну, вообще-то мне скоро на метеостанцию возвращаться. Это много времени не займет?
— Нет-нет, мой мальчик, никакого времени. Мы туда и обратно.
Никогда в своей жизни мистер Макгивер так не ошибался, как в тот раз.
Мы подошли к его судну на стапеле. Сперва я решил, что стапель и есть сам корабль, но когда мы туда добрались, я глазам своим не поверил. Корабль такой огромный, что издали он как горный кряж смотрится! Он примерно полмили в длину и двадцать этажей в вышину.
Называется судно «Эксон-Вальдес».
— Забирайся на борт! — орет мистер Макгивер.
Там холодно, как в жопе у шахтера, но мы поднимаемся по трапу и заходим на капитанский мостик корабля. Мистер Макгивер достает большую бутылку виски и предлагает мне выпить, но мне надо возвращаться на метеостанцию, и я отказываюсь. Тогда он сам начинает хлестать виски, без никакой воды, просто наливает в стакан, и мы какое-то время вспоминаем старые времена.
— Знаешь, Форрест, я бы большие деньги отдал, чтобы одну вещь увидеть, — говорит мистер Макгивер. — Если бы они у меня, понятное дело, были.
— Что?
— Выражения на рожах того начальства, когда свиное говно рвануло.
— Да, сэр, — говорю. — Картинка была что надо.
— А кстати, — говорит мистер Макгивер, — что сталось с той свиньей, которую я отдал малышу Форресту — как там ее звали?
— Ванда.
— Ага, чудесная была свинья. Умнейшая.
— Она сейчас в Национальном зоопарке Вашингтона.
— Правда? И что она там делает?
— В клетке сидит. Ее там показывают.
— Черт, будь я проклят, — говорит мистер Макгивер. — Монумент всей нашей глупости.
Очень скоро становится ясно, что мистер Макгивер опять пьян. Да так, что его вовсю шатает. В какой-то момент его заносит к панели управления судном, и он принимается врубать там переключатели, тянуть рычаги и тыкать кнопки. Внезапно «Эксон-Вальдес» начинает трястись и дрожать. Невесть как мистер Макгивер включил мотор.
— Хочешь немного прогуляться? — спрашивает он.
— Нет-нет, спасибо, — говорю. — Я должен вернуться назад на метеостанцию. Моя вахта примерно через час.
— Чепуха! — заявляет мистер Макгивер. — Это займет всего несколько минут. Мы просто немного по проливу прогуляемся.
К этому времени он уже, отчаянно кренясь, пытается врубить «Эксон-Вальде» на полный ход. Наконец мистеру Макгиверу удается ухватиться за штурвал, но когда он начинает его вращать, то обрушивается прямо на палубу. Там он начинает нести околесицу.
— Ух ты, черт! — орет мистер Макгивер. — По-моему, я шкота на четыре к ветру! Эй, братва, мы в сорока лигах от Портобелло! Выкатить пушки! В тебе есть что-то от животного, юный Джим… Долговязый Джон Сильвер меня зовут… а тебя как?..
И всякое такое дерьмо. В общем, я поднимаю старину мистера Макгивера с палубы, и как раз тут на капитанский мостик приходит матрос. Должно быть, он услышал шум.
— По-моему, мистер Макгивер малость перебрал, — говорю я ему. — Пожалуй, нам стоит отвести его в каюту.
— Угу, — отвечает матрос. — Хотя я его и куда пьянее видывал.
— Вот тебе «черная метка», приятель! — орет мистер Макгивер. — Старый слепой Пью знает, что к чему. Поднять «Веселый Роджер»! Вы у меня все по доске за борт пойдете!
Мы с матросом доволокли мистера Макгивера до его койки и там его уложили.
— Я вас всех под килем протащу, — было последнее, что сказал мистер Макгивер.
— Скажите, — спрашивает матрос, — а вы не знаете, зачем мистер Макгивер моторы врубил?
— Не-а. Я вообще ничего не знаю. Я тут на метеостанции служу.
— Вот те раз! — говорит матрос. — А я подумал, вы лоцман из бара.
— Не-е, я не лоцман. Я рядовой первого класса.
— Боже милостивый! — говорит матрос. — Ведь у нас десять миллионов галлонов сырой нефти на борту. — И он бежит к двери.
Стало ясно, что для мистера Макгивера я уже сделать ничего не могу, учитывая, что он спит. Если, понятное дело, так это называть. А потому я вернулся обратно на капитанский мостик. Никого там нет, а корабль, похоже, вовсю плывет, буи и всякая такая ерунда на полном ходу мимо нас проносятся. Я не знал, что мне еще делать, а потому ухватился за штурвал и попытался вести нас хотя бы по прямой линии. Мы ушли не особо далеко, как вдруг раздается офигенный глухой удар. Я прикидываю, что это хорошо, раз «Эксон-Вальдес» наконец-то остановился. Выясняется, однако, что все совсем не так.
