Дорогие друзья, эта книга расскажет об очень давнем времени, когда Москва была маленьким деревянным городком, затерянным в дремучих лесах, а нашей столицей был Киев — «Мать городов русских». Киевская Русь была просвещенной и богатой страной, только что принявшей христианство.Когда-то Москва была маленьким деревянным городком, затерянным в дремучих лесах, а столицей был Киев — «мать городов русских». Киевская Русь была просвещенной и богатой страной, только что принявшей христианство, но старая вера, язычество, все еще напоминала о себе… Много бед, интриг и предательств переживет мальчик-князь Владимир и его друзья, чьими глазами показаны картины жизни далеких времен… Героев ждут невероятные и удивительные приключения — погони, битвы и подвиги — и все во имя того, чтобы на Руси наконец воцарился покой и порядок…Книга адресована детям младшего и среднего школьного возраста.
Не зря чужеземцы зовут нашу Русь Гардарикой — Страной городов! Куда ни кинь взгляд — высятся белокаменные стены, горят на солнце золотые купола Божьих храмов… Не один заморский гость признавался, скрепя сердце, что нет на белом свете другой земли с такими многочисленными, богатыми и красивыми городами.
Но я назвал бы ее еще и по-другому: Страной князей.
Ведь у каждого города — свой князь.
Все князья послушны Великому князю Киевскому — Ярославу Владимировичу, прозванному Мудрым.
Сильна и спокойна земля, подчиненная одному правителю. Сказано в Писании, что не устоит дом, разделившийся в самом себе.
Один правитель на земле.
Один Бог на небе.
Но не всегда было так на Руси…
Как-то раз, отстав от охоты, я выехал из глухой чащобы на поляну с разоренным языческим погостом посередине. Еще недавно, при жизни нынешних стариков, там стояли деревянные статуи Перуна, Даждь-бога, Волоса, Хорса и Сварога… Еще живы люди, помнящие, как по приказу князя Владимира Красное Солнышко согнали в Днепр и разом крестили всех киевлян…
Но когда мне рассказывали об этом, мне почему-то трудно было поверить, что все это было так недавно… Хотя именно в моем отчинном княжестве и по сию пору больше всего ведунов и ведуний, способных заговором остановить руду или оборотиться при надобности волком.
Не случайно стольный град моих дедов называется Ведовым, а небольшое княжество — Ведовским.
Ведов стоит на берегу быстрой чистоводной Роси. Город не велик, но славится по всей Русской земле своими резчиками по белому камню. Из белого камня сложены и крепкие, высокие его стены: они видны издалека и дивно красивы на высоком зеленом холме под лазурными небесами… Но сложены не для красоты: княжество Ведовское граничит со Степью, из которой, что ни год, нападают на Русские земли кочевники…
Я сел на княжение рано. Всего три года, как назывался я воем, а посвящение в вои издревле проходит у нас, когда отрок садится в седло, — в возрасте семи лет. Отец мой, князь Ростислав, греческим именем — Роман, прославленный ратными походами на половецкие станы, сложил голову на поле брани в лето 6537-е от сотворения мира. Матушка моя, княгиня София, покинула Божий мир за месяц до этого горького известия: сердце ее почуяло беду, и тревога свела ее в могилу. Как сейчас помню я день, когда мы с матушкой сидели в ее горнице, читая «Записки о Галльской войне» Цезаря. Был жаркий летний полдень: слюдяное оконце было растворено настеж, небо сияло лазурью, откуда-то доносился медовый запах цветов. Солнечные лучи играли в кусочках разноцветной слюды в оконной раме, бросая разноцветные отблески на изразцовую печь… Я то и дело отвлекался и делал ошибки в произношении букв или вставлял в текст слова, которых там вовсе не стояло… Матушка, в шелковом, персикового цвету летнике, тканом золотыми грифами, с ниточкой простого жемчуга вокруг шеи, смеялась над моими ошибками, дразня меня, что я не учился, видать, латинской грамоте. Я с обидою отвернулся от нее, и тут же услышал стук, словно упало что-то тяжелое. С испугом я взглянул на матушку — дорогая книга, выпавшая из рук ее, лежала на полу… Княгиня сидела побледневшая, с испугом в лице, и прекрасные синие глаза ее налились слезами… «Сердце недоброе чует, Владимир!» — вымолвила она… С этого часа матушка стала таять на глазах пока не угасла, как свеча… Вскоре пришла весть о гибели князя Ростислава.
Вот, что поведал мне прискакавший на взмыленной лошади под вечер гонец, на сутки опередивший дружину, возвращавшуюся с телом своего князя. Уж несколько лет, как злобные печенеги боялись совершать большие набеги на русскую землю. Не по силам великого князя Ярослава было отучить этих язычников грабить мирных земледельцев, ибо то заложено в их природе, зато хорошо отучил он их ходить за чужим добром на Русь. Но даже отхлынувшая волна оставляет на берегу ракушки и водоросли. Подобно ей, отошедшее от русских пределов кочевье печенегов не захватило мелких грабителей, сбившихся в небольшие и не подчиненные никому, кроме своих разбойничьих главарей, отряды. Они боялись глубоко заходить в русскую землю, но тревожили приграничные с дикой Степью поселения. Одно из них печенеги застигли врасплох и спалили, перебили, как у них водится, мужчин и стариков, угнали скот. В гневе отец поклялся разыскать злодеев и жестоко покарать их.
