Гагарин взмахнул тростью, и из серебряного набалдашника вырвалось белое пламя. Не обычный Разряд, а что-то нестандартное из арсенала «двоек» и «единиц». Огонь сплелся в тугой хлыст и метнулся мне навстречу, срезая тонкие сосенки. Я пригнулся, пропустил элемент над собой, и перекатился вперед, уходя от второго удара. Третий кое-как отбил Щитом, махнул через поваленное дерево…
И вдруг обнаружил себя вдавленным в снег у ног Гагарина.
— Вы убиты, господин прапорщик, — усмехнулся Гагарин, ткнув кончиком трости мне в грудь.
— Позвольте не согласиться, ваше сиятельство. Мы убиты.
Я разжал пальцы, и из моей ладони вниз скатилась тренировочная граната. Я не стал дергать чеку — не слишком-то приятно, когда даже крохотный заряд детонирует прямо над ухом.
— Вот как? — Гагарин прищурился. — Думаешь, такая железка смогла бы мне навредить?
— Вряд ли. — Я чуть приподнялся на локтях. — Но вы держали круговой Щит, а значит, приняли энергию взрыва полностью. При определенных обстоятельствах такое может забить синапсы. И если у нашей группы осталось еще хотя бы пять человек…
— Четверо. Но в целом вы правы. — Гагарин протянул мне трость, помогая подняться. — Зайти в тыл, атаковать со всех сторон и с близкого расстояния, перегрузить Щит свыше максимальной мощности… Полагаю, это была ваша идея?
— Так точно, ваше сиятельство, — вместо меня ответил чудом уцелевший командир. — Если вы согласны хотя бы на ничью — это целиком и полностью заслуга господина прапорщика.
— Ничья? Как вам будет угодно, судари. В конце концов, вы справились куда лучше своих товарищей. Так что сейчас самое время вернуться к ним и снова вспомнить немного теории. — Гагарин рассмеялся, оборачиваясь ко мне. — Вы ведь мне поможете? Уж не знаю, откуда, но вам явно многое известно о работе с силой Дара.
Что я всегда говорю себе в таких случаях?.. Не высовываться?
Ну да, конечно.
— Это последний?
Я оторвался от ноутбука и посмотрел на Камбулата, который с грохотом поставил передо мной очередной ящик.
— Пока да. Но осмотрели еще не все.
— Хорошо.
Я довольно улыбнулся, пробегая взглядом по строчкам таблицы. Пусть Морозов наверняка уже считал все местное добро своим, сам склад принадлежал нам с дядей. А значит, нежданно свалившиеся на голову богатства всенепременно нужно учесть.
Ну… или не учесть.
Автоматы АКСУ. Семь.
Ручной противотанковый гранатомет РПГ-7. Пять.
Выстрелы к РПГ. Восемнадцать.
Патроны к автоматам. Тоже восемнадцать.
И все это не в штуках, а в ящиках.
С пистолетами было пожиже — всего тридцать две единицы, но зато «глушеные». И еще примерно столько же немецких хеклеровских «МП», богато снаряженных для специальных операций: ПБС, коллиматоры, ЛЦУ, тактические фонари и планки под все это добро. Несколько мешков с формой, коробки с тепловизорами, ПНВ, картонные коробки с разгрузками, бронежилетами, шлемами…
Террористы явно обживались тут не одну неделю. И бог знает, сколько добра они успели вывезти перед внеплановым визитом гаредмаринской роты…
— Не лазил бы тут, Вовка, лишний раз, — недовольно буркнул дядя, сидевший на диване у стены с большой кружкой чая в руках. — Не наше это все. Нас тут так… присмотреть поставили.
— Ну а как ты будешь присматривать, если не знаешь, за чем? — усмехнулся я.
Вообще-то базу нашел я, и в ее отбитии принимал очень даже деятельное участие. Так что, если мне вдруг понадобится что-то из этого добра, я не стану долго думать и звонить с просьбами Морозову — ни старшему, ни уж тем более младшему.
Что с бою взято — то свято. Так что четыре комплекта экипировки, включая тепловизоры, шлемы, броню и пистолет-пулеметы в полном обвесе и с боекомплектом уже лежали в багажнике у Камбулата, ожидая переправки в нашу штаб-квартиру в Корпусе.
Как показала практика, современная версия Петербурга изрядно отличается от той, что я знал десять лет назад. И произойти здесь может что угодно. И на такой случай я хотел бы, чтоб у меня и моих друзей было все, что необходимо как для отражения неожиданного нападения, так и для тайной ночной операции, в которую не захочется втягивать гардемаринов с Гагариным во главе.
Но дяде об этом знать, разумеется, незачем.
— Как-как присматривать… Каком кверху.
Кажется, сегодня дорогой родственник определенно был не в настроении. Мне на мгновение даже захотелось поддеть его, напомнив про собственный подвал, оставшийся в Ростове. Там-то он наверняка держал на строгом учете все, до последнего ржавого патрона.
А здесь — «не лезь», «не трогай»… А я, вообще-то, за все это добро жизнью рисковал.
Я встал, размял затекшую спину и подошел к Корфу, корпевшему над ноутбуком, подключенным к серверу «Конвоя». Пальцы так и летали над клавиатурой, рождая строки кода, от усердия его благородие барон даже губу закусил, а в обычно спокойных и даже чуть сонных глазах пылал охотничий азарт…
В общем, олимпиадник наконец-то попал в естественную среду обитания и теперь отрывался по полной.
— Ну что, как дела?
