В мастерской, кроме хозяина и чернобрового страстного клиента, никого не было. Последний доказывал Ринальдо, что сабля его плохо выправлена. В чем был изъян, понять было трудно, потому что чернобровый рубил саблей воздух перед самым носом хозяина, приговаривая капризно: «Видишь, как плохо ходит? Нет, ты не отворачивайся! Ты сюда смотри!» В сцене этой было что-то жутковатое, казалось, что клокочущий клиент намеревается отсечь хозяину его круглый шишковатый нос и не делает этого только потому, что неисправная сабля не может справиться даже с такой простой задачей.
При появлении нового лица оба отшатнулись друг от друга. Хозяин повернулся к вошедшему, а горячий господин отошел в сторонку и принялся внимательно рассматривать лубочную картинку на стене, изображавшую битву галерного русского флота со шведами.
— Что изволите, сударь?
Сударь изволил отдать в починку богато изукрашенный пистолет с выпавшим курком и стершимся колесцовым механизмом, который давно отказался выбивать искру и воспламенять порох. Ринальдо взял пистолет, не только осмотрел его, но и ощупал, потом в нерешительности поцокал языком.
— Дешевле купить новый…
Франт вроде смутился:
— Но новые пистолеты непомерно дороги, а моя нужда в них крайне редка, знаете ли… Я человек невоенный. Может быть, у вас найдется пара приличных пистолетов за умеренную цену?
— У него одна рухлядь! Не верьте ему, — раздался голос чернобрового, который уже стоял рядом, опираясь на саблю и заглядывая через плечо франта. — Он пистолеты знаете как собирает? От одного ствол, от другого — кремневый винт, скобу ставит черт знает из чего…
Ринальдо добродушно рассмеялся, — видно, он не относился всерьез к критике чернобрового.
— Грех вам, Яков Пахомыч. Уж сколько я вам всего перечинил: и пистолеты, и шпаги, и фузеи. Этот человек знает толк в оружии, — обратился Ринальдо к франту. — У него и кистени разных видов имеются, и перначи, и буздыханы разных видов!
— Откуда у вас такое богатство? Сейчас это уже экзотика.
Яков Пахомыч небрежно улыбнулся:
— Занесла меня нелегкая в Москву. И квартировал я там у старушки в Таганной слободе. Старушка — вдовица стрельца, казненного Петром-батюшкой. — Голос его снизился до шепота. — Так у этой Богом забытой старушки на чердаке хранился под соломой целый арсенал. Купил за бесценок. Однако все оружие требует починки…
— Так несите, — с готовностью сказал Ринальдо.
— Как бы не так! Ты ведь меня как липку обдерешь. Где я тебе столько деньжищ возьму?
— Ладно, починю я вам пистолет, — обратился хозяин к франту. — Орнамент больно хорош, французская работа. Канфаренный тон, правда, вытерся, позолоты никакой не осталось, но ведь реликт! Однако курок я вам поставлю самый простой.
— Соглашайтесь, — немедленно отозвался чернобровый. — Зачем вам курок в виде птицы? Только отвлекает внимание и режет пальцы. Оружие должно быть удобным!
— Вы думаете? — Франт слушал с явным удовольствием.
— Ну конечно! Вся эта гравировка, чеканка, финтифлюшки всякие хороши для парада. Нацепит шпагу или палаш, гарда алмазами украшена, а сам оружием пользоваться не умеет! О глупость людская! А эта дурацкая привычка все совмещать! Вообразите, у меня есть пистолет, между нами, в карты выиграл, так он совмещен… с чем бы вы думали? Ни за что не угадаете! С чернильницей и подсвечником. Пистолет должен стрелять, а здесь экое малоумие: подставка в виде ноги, курок вмонтирован сверху, чернильница присобачена сбоку и откидной подсвечник. Раздражает меня это сооружение несказанно. Держу в доме только как курьез. Рад бы избавиться, проиграть, но, — добавил он со смехом, — как назло, стало везти в карты…
— А не продадите ли вы мне сей курьез, — умоляюще проговорил франт. — Очень люблю этакие остроумные штучки. Пишу, знаете ли, много, стреляю мало…
— Продам, и с огромным удовольствием. Только с полной чернильницей пистолет сей за поясом не носите. Порох подмокнет — шут с ним, но ведь порты в чернилах можно изгваздать.
Оба меж тем вышли на улицу и остановились под вывеской, чтобы докончить разговор.
— Разрешите представиться… Лядащев Василий Федорович.
— Весьма рад знакомству. Поручик Яков Бурин.
— Так вы разрешите заглянуть к вам за пистолетом?
— Извольте. Сегодня я занят, а завтра…
— Часу в пятом вас устроит?
Со всей охотой Бурин сообщил Лядащеву свое местожительство, и, чрезвычайно довольные друг другом, они расстались.
На следующий день, прежде чем посетить поручика Бурина, Лядащев опять наведался в оружейную мастерскую. Разговор его с Ринальдо был коротким, но оружейник после него выглядел предельно озабоченным и добрых полчаса шарахался от каждого клиента, словно ожидал от него какой-то каверзы.
