– Могу, конечно, но для этого мне придется засветиться в клубе, а мне не хотелось бы этого делать.
– Тань, а ты можешь сделать это тайно?
– Как? Сначала мне придется обратиться к руководству, то есть к твоей Эмме Павловне. Она даст указание своей службе безопасности или тому человеку, который отвечает за работу камер. Потом мне надо будет изъять все записи, – и это при условии, что она согласится мне их отдать… Понимаешь, мне придется обратиться к ней официально! Она увидит меня… Как после этого я появлюсь у нее в клубе, как буду следить за ней? Мне придется постоянно гримироваться. Опять же, я не полиция, она может просто послать меня… как послал сейчас этот следователь.
Светка почесала в затылке:
– Да-а… Ну и следователь нам достался!.. Что будем делать?
– Главное, не вешать нос. Еще не хватало расстроиться из-за какого-то там старлея!
– А кто у нас старлей?
– Тот самый следователь, который ведет дело и который сейчас послал меня.
– А он хоть симпатичный? – заинтересовалась подруга.
– Это дело вкуса, но грива у него – как у льва. Вот такая шапка волос! Как у Эйнштейна.
– Женат?
– Кто? Эйнштейн? Понятия не имею… – пожала я плечами.
– Старлей твой. Женат?
– Свет, ты что думаешь, я приходила в полицию, чтобы выяснить, кто там из следаков женат, а кто холост? Делать мне больше нечего!
– А между прочим, могла бы и выяснить, – с укором выдала Светка.
– Зачем?
– Как это зачем? Мы с тобой две симпатичные, интересные холостые девчонки, не обремененные жилищными условиями…
– Материально независимые, – подсказала я.
– Да, материально независимые, не склонные к полноте… Что еще?
– Интеллигентные, разносторонне развитые…
Светка ахнула и даже подскочила на диване:
– Тань, это мы такие, да? Что, правда? Что ж ты раньше молчала? Да мы же просто идеалы! Да все мужики должны валяться у наших ног! Непонятно только одно: почему с такими-то данными мы до сих пор не замужем? Да что там не замужем – даже в загс никто не позвал!
– А вот это – вопрос, – согласилась я.
– Ну, с тобой-то еще понятно, ты стервозная и язвительная, – сказала Светка. – А я? Я же – сама кротость.
– Что-что? – вскинулась я. – Это я стервозная и язвительная?!
– А то нет! Ты слышала со стороны, как ты разговариваешь с мужчинами?
Я немного смутилась.
– А как я с ними разговариваю?
– Как стерва и язва.
– Да? Нет, что, правда?
– Правда, правда! Я вообще удивляюсь, что они с тобой общаются. Ты же иногда просто издеваешься над ними.
– Я? Над ними? Да быть этого не может! – запротестовала я.
– Может, – стояла на своем Светка.
– Вот над собой я издеваюсь, да, когда у меня что-то не получается, а над ними… Нет, нет, Свет, ты что-то путаешь.
– И над собой издеваешься, и над ними тоже. Могла бы, между прочим, быть и повежливее с мужчинами-то! И себе бы нашла симпатичного высокого капитанчика, да и мне.
– Уж тебе-то жаловаться на нехватку знакомых мужчин! – с укором в голосе усмехнулась я.
– А что толку от этих знакомых мужчин! В загс еще ни один не позвал! Я имею в виду, не позвал такой, с которым можно туда пойти. Нам ведь с тобой, слава богу, по двадцать семь стукнуло, самый возраст замуж выходить.
– По двадцать семь?! – притворно ахнула я. – Боже мой! Какой кошмар! Жить осталось так мало!.. А насчет «замуж выходить»… Еще чего! Замуж! Нет, Свет, ты как хочешь, а я пока желанием не горю. Выйди сейчас, так муж сразу запретит частным сыском заниматься. Мне же иногда приходится и дома не ночевать, и сутками слежку вести… Какой нормальный муж это вытерпит?
Светка сочувственно покивала.
– А если тебе дела попроще брать? Ну, там, за неверными мужьями следить – изменяет, не изменяет?.. Пропавших собачек разыскивать?..
– Свет, ты что?! Собачек… Да я от скуки сдохну!
– А, ну да! Тебе погони и стрельбу подавай! Чтобы непременно – трупы, расчлененка, убийцы и банда грабителей-извращенцев… Да, такую тебя никто из мужиков терпеть не будет.
– Да и тьфу на них!.. Тьфу на них еще раз!
– Тебе, может, и тьфу, а я, Тань, замуж хочу, – заныла подруга.
– Да? Ну, тогда знаешь что? Выходи за Мельникова. Чем не жених? Спокоен, надежен, никогда ничего для себя не требует.
– Угу. Если бы еще он проявил ко мне хоть малейший интерес, твой Мельников! И потом, по-моему, ты ему нравишься.
– Не говори глупости! – возмутилась я. – Мы с Андрюшей только друзья и никогда не забываем об этом.
– Ну, знаешь… Сегодня друзья, а завтра…
– Свет, у меня есть золотое правило: я никогда не перевожу друзей в разряд любовников! Один раз обожглась – хватит! На всю жизнь урок получила. Мужиков кругом – пруд пруди, а надежных друзей – как самородков в горном отвале. Кстати, насчет надежных друзей… Кажется, у меня появилась неплохая мыслишка!
Я взяла мобильник и включила номер Мельникова.
– Андрюша! А это снова я, Танюша…
Он слушал меня молча. Я старалась говорить без умолку, не давая ему возможности вклиниться в мой прочувствованный монолог. Когда я закончила фразой: «Заранее спасибо тебе, дорогой Андрюша!» – Мельников лишь спросил ошарашенно:
– Так я не понял, мать, что конкретно мне надо сделать?
