Перед глазами поплыли световые пятна, она чуть не отключилась.
— Вот в таком состоянии ты мне больше нравишься, — сообщил Вольт, хотя мулатка не могла его слышать. — Полукровки… как же хорошо, что я знаю вашу маленькую слабость. Просто удивительно, как редко этот прием используют против вас.
Он подошел и с размаху звезданул девушке ногой по лицу.
Кармилла откинулась, хотя такой удар не мог вырубить ее — только разозлить.
И она злилась… Ох, как она злилась! Но противник уже двоился и троился в глазах, ей стало совсем паскудно. Она бы все сейчас отдала, лишь бы родиться глухой!
А этот ублюдок навис над ней с глумливой усмешкой.
И достал телескопический шокер.
— Ты такая смелая, цветочек, — ворковала Сэша, побрякивая цепями и гладя зеленую девушку по руке. — Красивая, сильная и смелая, кити-кити! Ты настоящая валькирия, ниндзя и почти ангорийка!
— Да, вот только этого почетного звания ей и не хватает, — фыркнула Шони. — Эй, кэп, а ты уверен, что преследовать Живоглота — хорошая идея?
— Предлагаешь его отпустить с миром? — я косо посмотрел на нее.
Все три девушки сидели на хребтине динозавра, а их груди мерно покачивались на каждом скачке. Я отвернулся.
— Эту чешуйчатую тварь я добью. А после вставлю Кармилле за то, что покинула борт и оставила люк открытым!
— Вставишь по самое не балуй? — с прищуром спросила турельщица.
— Как надо, так и вставлю! — буркнул я и подстегнул трицератопса.
Змеиная туша виднелась впереди. Легкое марево дымника еще витало в воздухе, но быстро рассеивалось. По дороге Добрыня смял несколько Дестро — а не фиг трицератопсу под ноги попадать!
Когда до Живоглота осталось совсем небольшое расстояние, Добрыня снова вскипел боевым азартом и низко опустил рога. Из его ноздрей вырывался пар, а скачки стали мощнее. Вожак очень хотел отомстить обидчику.
А я заметил блестящую фигуру в пасти змея.
Гренадер? Да, похоже. Интересно, получится ли у Живоглота выколупать эту устрицу из раковины.
И тут Добрыня добрался до Живоглота.
Мощные рога протаранили бок змеюки.
От боли чудовище распахнуло пасть, и недожеванный Гренадер улетел прочь.
Шваркнулся о землю, кувыркнулся несколько раз, долбанулся о древесный ствол и затих.
Зато гигантский змей не затих.
От удара он очень возмутился и все же вцепился в глотку Добрыни.
Твою же мать! Зараза!!!
Боль динозавра стала непереносимой.
Он забился на месте, страшно подскакивая.
— Сэша, успокой его, если можешь! — у меня не получалось, я просто чувствовал его боль, как собственную.
— Я попробу-ю-ю-ю! — ее мотыляло из стороны в сторону.
С Шондрой дела обстояли не хуже — орала, материлась и болтыхалась.
Их обеих удерживала на спине Роза, ее лианы работали страховочными ремнями.
Живоглот отцепился от трицератопса и бросился прочь. Добрыня переступил с ноги на ногу и потряс головой. Он чунял и плохо ориентировался.
Но я надеялся, что зверь быстро оклемается.
Змей пришел в себя.
В кабине гудел сигнал тревоги. Все заливал красный свет, который включался и выключался вместе со звуком.
Как же хорошо его приложило… И это при ремнях и прочих фиксаторах. Ладно хоть башку не расшиб.
Попытавшись поднять машину, Змей понял, что Гренадер поломался.
Его конечности слабо подергивались, но что-то в механизмах заклинило. Чертыхаясь на чем свет стоит, Змей нажал кнопку. Колпак с тихим шорохом разгерметизации открылся. Желтоглазый вожак откинул его и выбрался из машины. Точнее — вывалился.
Его хорошенько помотыляло, башка еще шла кругом. К горлу подкатывала тошнота.
Контузия? Только этого не хватало.
Деревья вокруг валились, схватка титанов дорого обходилась джунглям. Но птицы не улетали с криками, а мелкое зверье не разбегалось. Потому что грохот сражения уже давно распугал даже червей, и те забились в почву поглубже. Это не всегда помогало — гигантские копыта взрывали землю и выкорчевывали стволы.
«Надо валить отсюда», — подумал Змей.
А другой змей, покрупнее, в это время понесся через заросли прямо в его сторону.
Лидер вольников отшатнулся и попытался уйти с траектории его движения. Он выбежал на полянку, и это стало ошибкой.
Заметив мелкую движущуюся добычу, Живоглот инстинктивно напал.
Все произошло быстро. Даже походя.
Змей и опомниться не успел, как его схватила огромная пасть.
Одно хорошее сглатывание, и он провалился во влажную трубу из плоти.
Крика не последовало, а может, его никто не услышал.
— Что б тебя! — оскалился я.
— Змея сожрал змей, — прыснула Шондра. — Идеально ушел.
Добрыня еще немного почунял и очухался. Его организм справился с ядом Живоглота. Пора догонять этого гада!
И мы погнали, ломая и сокрушая все вокруг.
Заметив наше приближение, Живоглот развернулся полукольцом и зашипел. Снова показал нам расправленный капюшон. Страшно, ужас. Вот сейчас испугаемся и дадим деру.
Не сбавляя темпа, Добрыня снова врезался в змеищу.
На этот раз его рога пробили чешую, но раненое чудовище не сдалось сразу.
Девушки закричали, потому что Живоглот бросился точно в нашу сторону, собираясь цапнуть Добрыню за загривок.
