Сейчас кошаки приходят в себя после разрушения города. Завтра те немногие из них, кто знаком с инженерным делом, под моим чутким руководством займутся ремонтом избушки. Поврежденное сочленение одной из курьих ножек нужно восстановить.
Не думаю, что там все слишком серьезно. Все же Волотов, даже первого поколения, изготавливали с огромным запасом прочности. Ноги — самое уязвимое место шагоходов. Все и всегда это понимали, потому защищали их по максимуму.
А еще меня попросили принять участие в религиозной церемонии, чтобы заручиться моим божественным покровительством. Я согласился, но с условием, что обряд не займет много времени. Жрица уклончиво ответила, что все зависит от меня. И взглядом по мне скользнула очень характерным…
— Так что ты говорил, Волк? Розочка душила одноглазого змея? — прыснула Кармилла.
— Да, но не получилось.
— Ничего удивительного. Девочка же неопытная.
— Ага, — прыснула Шондра. — Ты бы на ее месте точно справилась.
Вампирша снова улыбнулась — загадочно и двусмысленно.
— Ой, Шони, а ведь мы забыли про Мису! — воскликнула Сэша. — Она ведь пыталась нам помочь, кити-кити! Надо выпустить ее из темницы. Там скучно и одиноко!
— Твою же мать! Правда же забыли! — крикнула турельщица.
— Что за Миса? — спросил я.
— Да одна кошка. Хотела с нами убраться отсюда, мир посмотреть. Кэп, давай ты там, как подобает Великому Разрушителю, грозно посмотришь на котят, они ее и выпустят.
— Да без проблем.
Я осушил кубок и поднялся. Вскинул ремень автомата на плечо. Шондра последовала моему примеру. Девушки-кошки с опахалами занервничали, но Сэша им что-то сказала по-кошачьи, и те успокоились.
Подошла другая тойгерша, постарше и, покорно опустив глаза, что-то промяукала. Ангорийка перевела:
— Нашу одежду привели в порядок, кити-кити!
— Вот и отлично. Только ты это… все же халатик оставь. Тебе очень идет. В корсаже и трусах больше ходить не надо.
Ангорийка непонимающе захлопала ресницами, а вампирша прыснула:
— Волк, но ведь ей так идет! Впрочем, ты прав. Сэша, теперь ходи без корсажа и трусов. Распоряжение капитана!
— А про твои вкусы в одежде мы еще поговорим.
Через пятнадцать минут мы стояли в коридоре с грубыми каменными стенами, а кот-стражник проворачивал ключ в замке. Он бросал на нас неприязненные взгляды, но открытую агрессию проявлять не стал.
Петли тяжелой деревянной двери скрипнули.
Свет от факела окатил соломенную подстилку.
Но в темнице оказалось пусто.
Кот-стражник что-то резко сказал, наверняка выругался.
— Сбежала! — воскликнула Сэша. — Миса сбежала, кити-кити!
И запрыгала, хлопая в ладоши. Ее спелые грудки тоже запрыгали, чуть из корсажа не выскочили. Хики радостно порхал рядом, шумя крыльями. Потом опустился в объятия своей мамочки. Маленькой части меня, которую я усердно душу, стало завидно, что этого пушистика прижимают к таким роскошествам.
— А эта Миса хороша, — протянула Шондра, осмотрев помещение. — Даже не могу понять, как она выбралась.
Тратить время на выяснение мы не стали, двинулись к выходу. Рядом с Сэшей шла Розочка. Она продолжала держаться поближе к ангорийке — не забыла свою бытность монстром на защите хвостатой девицы.
Когда вышли под солнце, я сказал:
— Заглянем в сокровищницу, хочу получше рассмотреть груз.
Мы вышли на площадь перед храмом. Тойгеры наводили порядок. При виде нас, они начали останавливаться и склоняться в поклоне. И я даже не мог сказать им «вольно». Да и не нужно. Сейчас у меня реноме, благодаря которому все должно обойтись без дальнейших жертв. Так что пусть лучше кланяются, чем хватаются за луки и копья.
— Тут все изменилось, — сказала Сэша, подойдя к разрушенному парапету. — Водичка теперь не так падает, кити-кити.
— Это потому что я немножечно подправила ландшафт, — самодовольно ухмыльнулась Кармилла и лукаво поглядела на Шондру. — Видишь, я вполне могу справиться не только с работой штурмана.
Турельщица хмыкнула. Конечно, ее не радовало, что вампирша касалась ее пушек-игрушек. Однако девушка промолчала. Учится благоразумию, похвально. Вступать с Кармиллой в пререкания — давать ей попить твоей кровушки. Пусть не буквально.
Я подошел к запертым дверям и ввел код на замке, который присобачил сюда. Мы вошли внутрь и опустили перекладину, чтоб у кошаков не было соблазна последовать за нами.
Свет не горел, так что я достал из подсумка фонарь, а когда мы вошли в зал с грузом и сокровищами, зажег пару жаровен на стенах.
— Люблю такие места, — проговорила Кармилла, разглядывая блеск огня на золоте.
— Хочешь вставить себе золотые клыки, как цыганский барон? — спросила Шондра.
Так, поспешил я на счет ее благоразумия.
— Нет, хочу золотой пирсинг в соски, чтобы нравиться одному мужчине. А как ты будешь его завлекать?
Шондра сделала вид, что не услышала, зато я ответил:
— Отлично, сделай пирсинг, дорогая. Обязательно колечки — их удобнее выкручивать.
— Волк, ты такой затейник, — вампирша даже причмокнула. — Все, что угодно, лишь бы доставить тебе удовольствие, мой повелитель.
— Тогда не забудь еще золотой нитью себе рот зашить. Сразу такая благодать настанет: никто не ехидничает, не пытается тяпнуть.
