Просто ужас какой-то. Интересно, Алла пошутила насчет Вареникова? Наверное, пошутила. Даже если этот человек был еще жив, когда я сбросил его с третьего этажа, то сейчас он должен находиться по меньшей мере в больнице. Никак не может он разгуливать по городу!" Глеб выбрался из-под одеяла и принялся обмахиваться двумя руками — ему было жарко. Чтобы вернуть нервную систему в относительно спокойное состояние, он решил ненадолго выйти на лоджию и подышать воздухом. Конечно, он и не подозревал, что в это время Вареников с фанатичным упорством взбирается по пожарной лестнице. Правда, в своих подсчетах главный консультант слегка ошибся и, приложив немало физических сил, взобрался на соседнюю лоджию, которую разделяла с лоджией Глеба только символическая перегородка.
«Боже мой, какое небо! — восторженно думал Глеб, вдыхая стесненной грудью пыльный июньский воздух. — Когда долго смотришь на звезды, хочется петь. Хочется кричать во все горло что-нибудь глупое, детское…» Почувствовав где-то возле правой руки осторожное движение, Глеб повернулся.., и остолбенел. Прямо перед ним маячило лицо убиенного Вареникова! Два мстительных глаза находились в нескольких сантиметрах от его носа.
— Господи! Спаси и помилуй! — Глеб медленно отступил и с чувством перекрестился. Спина его покрылась липким потом, который горячей струйкой пополз к пояснице.
— Зачем вы это сделали, шеф? — с укором спросил призрак Вареникова, уцепившись руками за перегородку. — Вы ведь могли меня просто уволить! Но скинуть с третьего этажа…
— Я не хотел, клянусь! — забормотал Глеб. — Это все она, она виновата! Я думал, вы отравлены, и надеялся скрыть следы.
Я велел ей просто поговорить с вами, а она насыпала яду!
— Вы должны извиниться! — настаивал незваный гость, грозя Стрелецкому пальцем.
— Да я… Я руки готов целовать, в ноги пасть… Если бы мог искупить… — забормотал Глеб, начиная ощущать, что от призрака явно несет перегаром. — Что я могу?..
— Повышение! — , мечтательно сказал Вареников и завел вверх глаза. — Хочу быть вице-президентом!
— В понедельник будет приказ, — пообещал Глеб, все зорче вглядываясь в полумрак соседской лоджии.
— Нет, сейчас! — капризно заявил Вареников и мотнул головой.
Глеб сбегал за бумагой и ручкой и тут же, при таинственном лунном свете, накатал приказ, подписал и просунул за перегородку.
— Вот! — облегченно сказал он. — Все готово.
Вареников сложил бумагу, спрятал ее в нагрудный карман рубашки и протянул руку для пожатия.
— Раз так, я вас прощаю, — милостиво провозгласил он.
Глеб с великой опаской вложил свои пальцы в раскрытую ладонь. Рука была теплой, даже жаркой и не соответствовала представлениям Глеба о плотности тел привидений. Отпустив эту руку, он в ту же секунду понял, что Вареников жив, здоров и в настоящий момент даже весел.
— Валерий Викентьевич! — позвал он.
— А?
— Как же вы спаслись?
— Вы кинули меня на высокое дерево.
Надеюсь, это было сделано с определенной целью, чтобы я не разбился?
— Конечно-конечно, — пробормотал Глеб. — Не хотите выйти через дверь?
— Нет, — твердо сказал Вареников. — Я лучше по свежему воздуху. Люблю, знаете ли, полнолуние.
Глеб глянул на луну и содрогнулся. «Какой странный день, — подумал он. — Я несколько часов был убийцей. А теперь вдруг снова стал обыкновенным человеком. Это удивительно!» Он почувствовал, будто легкие его развернулись во всю свою ширь — дышать стало легко и радостно, воздух казался сладким, и тут же зевота заползла в его рот, словно только и дожидалась удобного случая.
В это время с другими участниками праздничного банкета происходили не менее интересные вещи. Рита, которая волею судьбы осталась с Титовым с глазу на глаз, сразу же попыталась улизнуть от него. Однако тот, настроенный подозрительно и даже враждебно, не желал выпускать из своих лап столь диковинную добычу. Подумать только — дочь Стрелецкого! Надо было обдумать, что можно извлечь из ее внезапного появления на горизонте для успешного завершения игры. Что такое сейчас для него Рита? То ли туз в рукаве, то ли лишняя карта в колоде.
Опыт общения с молодыми девицами подсказывал Титову: чтобы узнать, что там в ее маленьком хитром сердце, проще всего Риту напоить. Он постарался выглядеть галантным и начал подносить ей бокалы с такой скоростью, будто у нее было три рта.
— Забыли, забыли русские традиции, — приговаривал он. — Наши девушки пьют не чинясь, азартно, получая удовольствие от результата.
