Почти без чувств, кот прилег в тени платана и стал думать, что делать дальше. Дальше Гарфилд помнил лишь то, что он начал клевать носом, а потом заснул беспокойным сном. Ему снилось, что он думает, что делать дальше. Немного погодя его разбудил оглушительный гудок грузовика. Теперь Гарфилд знал, что делать.
Мимо коробки, в которой сидел Гарфилд и думал, с грохотом проехал автобус. Сбоку автобуса на серебряном фоне была изображена холеная борзая. Собака! Это именно тот знак, который был нужен Гарфилду.
Гарфилд наблюдал, как автобус съехал с дороги и остановился. Двери открылись, и оттуда, хохоча словно девчонки, стали выходить люди в одинаковых красных пиджаках и огромных меховых шапках с хвостами. Один из этих людей громко икал. От этого остальные смеялись еще громче. Некоторые из них корчились, словно от боли, сжимая вместе колени.
– О-о-о-й, – застонал один из этих людей, одетый в шерстяную рубашку. – Больше не смешите меня.
Один мужчина, из тех немногих, сохранивших вертикальное положение, видимо, отвечал за остальных:
– Послушайте, братья Ордена Енота! У нас на все пять минут! Затем мы уезжаем!
– Босс! – жалобно произнесла одна из огромных меховых голов. – Роки... ик!.. смешит меня.
– Это наша последняя остановка до самого центра города! Какое бы у вас ни было дело, лучше всего начать его выполнение оттуда. Зигги-загги, зигги-загги! Заг! Заг! Заг!
– Зигги-загги, зигги-загги! Заг! Заг! Заг! – весело ответили ему все остальные, даже те, кто больше не мог стоять. Затем все они изобразили руками тайный знак Ордена, после чего отправились в туалет.
Гарфилд навострил уши.
Пока Еноты мыли руки, между ними разразился морской бой.
– Эй, Скотт! – крикнул Енот по имени Марк. – Руки вверх!
Со злобной усмешкой Марк бросил мокрое полотенце прямо в Скотта. Оно шлепнулось прямо ему на нос, съехало на пиджак и приземлилось прямо на блестящую лысую голову брата Джима, который нагнулся, чтобы завязать шнурки. Видимо, это была самая смешная вещь, которую они видели в своей жизни, и все братья Ордена стали весело шлепать друг друга по спине.
Снаружи раздался громкий голос, оборвавший веселье в туалете:
– Ладно, ребята! Возвращайтесь в автобус! Берегись, большой и сердитый город! Приближаются братья Ордена Енота! Зигги-загги, зигги-загги! Заг! Заг! Заг!
Весело крича, братья вытерли руки о пиджаки и стали хватать свои шапки. Они стали толкаться в проходе, пиная друг друга и веселясь, как на Первое апреля.
Братья, как смогли, выстроились в очередь, чтобы залезть в автобус. Все они весело хохотали, даже те, кто еле стоял на ногах. На расстоянии Еноты выглядели как клумба пушистых золотисто-каштановых цветов, раскачивающихся на ветру. Одного брата шатало так сильно, что ему было сложно держать голову прямо.
– О-о-о-й, – стонал он. – Моя шапка весит целую тонну.
– Рой надрался в стельку! – хихикал брат Скотт. – Это не шапка тяжелая, эта твоя голова огромная!
Братья разразились смехом и прижались друг к другу, чтобы не упасть, хотя одному из них это все-таки не помогло.
Улыбаясь, как Чеширский кот, Гарфилд выпустил когти и вцепился ими в волосы Роя, чтобы не упасть, пока тот на ощупь поднимался по ступенькам в автобус. Рой споткнулся в проходе и упал на свое кресло головой вперед, не переставая при этом смеяться.
Рой мгновенно захрапел, широко раскрыв рот. Автобус с грохотом покинул стоянку и выехал на дорогу. Некоторые пассажиры еще были в состоянии распевать: «В Техасе я пил не меньше, чем в Теннесси». Брат Марк исполнял сольную партию. Автобус мчался по дороге все быстрей, и Гарфилд выглянул в окно, безуспешно пытаясь увидеть механического кролика.
Никто, особенно Рой, не обратил внимания на то, как шляпа медленно сползла с его головы и плюхнулась на пол автобуса. Гарфилд прошел под сиденьями, аккуратно лавируя между неистово топающими братьями Ордена Енота.
