– Знаете, Джордин, у меня не было ни малейших подозрений насчет Калеба. И в ваших словах я усматриваю то ли самонадеянность, то ли бесцеремонность. Вы как будто оправдываетесь передо мной. Это тем более странно, что в «Твиттере» вы ежедневно пишете о крепнущей любви между вами и Калебом. Я не ревнива, но у меня тоже есть Интернет. Думаю, это вам нужны подтверждения, что между вами и моим женихом ничего нет и не будет.
Джордин явно была шокирована прямотой Джейн. Ответа Джейн не услышала, поскольку к Джордин подошел официант и спросил, желает ли она цыпленка или говядину. Та ответила, что мяса вообще не ест, и заказала вегетарианское блюдо. Официант кивнул, потом задал тот же вопрос Джейн.
– А мне, пожалуйста, говядину, – сказала Джейн. – И Калебу тоже. Правда, малыш?
Калеб улыбнулся и сжал ее руку. Бросив последний взгляд на Джордин, Джейн повернулась к сцене. Вскоре туда поднялся ведущий, который представил аукциониста. Тот поблагодарил собравшихся за согласие присутствовать на аукционе и назвал первый предмет: старую гитару фирмы «Мартин» с автографом Дона Маклина. Началась традиционная игра на повышение ставок. По всему залу лихорадочно поднимались руки с аукционными карточками.
Пока Джейн следила за торгами, к ним за стол села Панда. Она помнила эту странную девочку еще по прослушиванию в Остине. Панда заняла единственное свободное место рядом с Калебом. Девочка оделась как на молодежную тусовку: красное платье, под кружевами которого проглядывала футболка с желтым смайликом. В волосах мелькали яркие розовые пряди, а на обеих руках красовалась целая коллекция разноцветных браслетов. Она улыбнулась Джейн и помахала рукой. В зале было шумно, и Панда, привыкшая говорить тихо, ничего не сказала. Вскоре возле их стола появилась еще одна девица в джинсовом платье, расшитом непонятными узорами. Она опоздала и теперь растерянно трясла светлыми кудряшками, недоумевая, где же ей сесть. Девица стояла, уперев руки в боки и недовольно фыркая. Пока готовили к показу очередной предмет, в зале установилась относительная тишина.
– Куда мне сесть? – спросила девица.
– А ты, Кэрри Энн, можешь снять свой парик и сесть на него, – предложила Джордин. – Ты вбухала туда столько лака, что он тебя выдержит.
Панда зажала рот, чтобы не расхохотаться. Джейн не знала, как себя вести. Шутка Джордин вроде была остроумной, но в то же время унизительной. Джейн слышала о жесткой конкуренции в мире шоу-бизнеса. Теперь она видела это собственными глазами.
– Я тут вижу Гарта. Хочешь, я подойду к нему и попрошу, чтобы принесли дополнительный стул? – предложил Калеб.
– Сама попрошу, – огрызнулась Кэрри Энн и двинулась к продюсеру.
На сцене вновь появился аукционист. Теперь вниманию публики предлагались билеты на финальное представление конкурса «Суперзвезда авторского исполнительства». В первый ряд. Джейн заметила, что публика отнеслась к этому предложению довольно прохладно, не то что к гитаре с автографом.
– Так-так, – услышала Джейн у себя за спиной мужской голос. – И кто же у тебя в гостях?
Повернувшись, она увидела продюсера. Он улыбался им с Калебом. Улыбка напоминала улыбку Джордин. За ним, скрестив руки на груди, стояла Кэрри Энн.
– Познакомьтесь: это Джейн, моя невеста.
Продюсер поочередно посмотрел на Джейн, Джордин и снова на Калеба.
– Но аукцион снимается на камеры.
– И что такого? – пожал плечами Калеб. – Мы привыкли, что каждый наш шаг снимается на камеры.
– Калеб, можно тебя на пару слов?
Движением подбородка продюсер указал на место рядом со сценой. Калеб виновато поглядел на Джейн, после чего встал и последовал за продюсером. Едва они ушли, Кэрри Энн облегченно плюхнулась на место Калеба. Ее кудряшки еще продолжали колыхаться, когда она налила себе целую рюмку вина из бутылки, оставленной официантом.
Джейн вдруг стало очень неуютно. Может, она напрасно пошла на этот обед? Если здесь все снимается на камеры и превращается в шоу, стоило ли осложнять Калебу отношения с продюсером? Даже в больших синих глазах Джордин она видела искреннее сочувствие.
– Малышка, идем в номер, – сказал вернувшийся Калеб.
– Мы что, уходим? – удивилась Джейн.
– Да. Пусть катятся ко всем чертям со своими камерами.
За спиной Калеба Джейн увидела хмурого продюсера. Он, конечно, слышал эти слова. Джейн положила на стол снятую с колен салфетку и встала. Ее лицо пылало.
– Дорогой, давай я вернусь в номер. А тебе, наверное, необходимо остаться здесь.
Даже произнося эти слова, Джейн надеялась, что Калеб не останется и тоже уйдет. Но она никак не ожидала, что он крепко обнимет ее и поцелует на глазах всего зала, на глазах продюсера и под объективами камер. Потом Калеб взял Джейн под руку и увел из зала.
Пока они ждали лифта, к ним подбежала Панда. Чувствовалось, она не привыкла ходить на каблуках.
– Панда, а ты зачем ушла? – спросил Калеб. – Испортишь себе имидж.
– Плевать мне на имидж, – отмахнулась девчонка. – Я должна была познакомиться с твоей невестой.
– Познакомиться со мной? – смутилась Джейн.
– Калеб говорил, вы собираетесь пожениться.
– Да, собираемся.
