Ух, сколько экспрессии! Надо будет вычислить, кто возмущался, и пригласить в кружок ненавистников семейки Кьяри.
– Хвост даю на отсечение, что в воздухе тоже ловушки, – встал на защиту дракона зверолюд. – Нет, надо искать другой способ попасть на ту сторону.
– Оптимисты! – фыркнула зеленоглазая бретонка.
– Гамод дело говорит, – вмешался в дискуссию Камаль, держась поодаль от всех. – Если госпожа Браун дала задание и подсказку, значит, его можно выполнить.
На ледяного демона дружно вытаращились.
– Подсказку?
Камаль тяжко вздохнул и напомнил:
– Легенда о Чернограде.
Только теперь я осознала, что все это время нервно грызла кончик указательного пальца. Отругав себя за чрезмерную вовлеченность, отошла от перил балкона и заняла свое место между ректором и профессором.
Все, Марсия, выдохни. Раз охламоны вспомнили легенду, значит, и до остального додумаются.
– …жили они бедно, но дружно, а однажды решили сбежать из Чернограда, – тараторила Жетон, освежая в памяти других старенькую легенду. – Набрали сироты мешочки с семечками и снедью из кладовых и пустились в путь. Собакам кинули снедь, да так и прошли охрану. Не знали дети, что Черноград окружен кольцом ловушек, присыпанных песком. Младший брат сделал шаг на песок и провалился в яму, только и успели подхватить его другие. И тогда старший из детей рассыпал на песок семена, на которые накинулось воронье. Птицы уничтожили ловушки, а дети успели прошмыгнуть и оказались на свободе…
– И где мы найдем птиц? – перебил девушку Гамод, вглядываясь в темнеющий над головой высокий потолок.
– Они нам не понадобятся, – заявил Кьяри-младший и тоном своего папашки скомандовал:
– Разуваемся!
Нет, как меня все-таки бесит эта семейка ящеров-переростков!
Пока мои ученики швырялись ботинками и медленно, но очень упорно шли к автомату на экзамене, я сочиняла рекламный лозунг:
Великие ветры, как же воняло!
Судя по бледному лицу директора музея, пришедшего поглазеть на то, как студенты штурмуют секретную установку, с этого дня в выставочном зале биологического оружия появится новый экспонат.
Но даже умопомрачительный запах не помешал директору устроить настоящую истерику в финале экзамена.
– Это же нелепо! – басил мужчина. – Как прикажете делить ваше денежное вознаграждение?
Я ненавидела скупердяев, но сейчас заняла сторону администрации музея.
Нет, это кем надо быть, чтобы подговорить всю группу и коснуться стены синхронно?
Кем-кем, драконищем пустоголовым надо быть!
– Да к тому же имена всех не влезут на Доску почета, – бушевал директор музея. – Боги, бухгалтерия сожрет меня вместе с галстуком, если я принесу им отчет о выплате вознаграждения на одиннадцать разных имен.
– Господин директор!
Вперед с инициативой вышел Кьяри-младший. Будто нам прошлого раза оказалось недостаточно.
– Госпожа Браун – наш наставник. И это больше ее победа, нежели наша. Думаю, будет справедливо, если именно ее имя впишут в графе «победитель».
Чего-о-о-о-о?!
– А денежный приз? Кому мне отдать приз?!
– Ей же. – Лицо дракончика оставалось все таким же невозмутимым, а в зеленых глазах горел огонь справедливости. – Наша преподавательница не получает зарплаты, а мы считаем, что каждый труд должен быть оплачен. И если это не в состоянии сделать наша Академия, то сделаем мы. Верно я говорю, ребята?
Ребята зашумели, профессор Хельмерг поддержал. Белозерский поперхнулся возмущением и зашелся в приступе кашля, а я замерла в шаге от прилюдного членовредительства.
Как?! Как этот мелкий гаденыш смог прознать про мою финансовую несостоятельность? Неужели папашка рассказал ему немного больше, чем должен был? А что, если вместо себя сосланный ректором Кьяри оставил сыночка? И как теперь расценивать этот приз? Как подачку от добродушного дракона? Да ни в жизнь!
– Хор-рошо… – «ласково» прорычала я и пошла вслед за директором музея в его кабинет.
Оформление всех бумаг и отчетов заняло около часа. Все это время Белозерский сгорал от стыда и гнева, профессор пил кофе и болтал с секретаршей, а охламоны давали интервью журналистам «Столичного сплетника». Дав себе зарок не читать весь тот бред, что скажут ученики и переврут в статье журналюги, я забрала внушительную стопку денег и покинула душный кабинет руководства.
– Охламоны, а ну быстро сюда! – рявкнула на весь зал, а едва студенты окружили тесным полукругом, сердито прошипела:
– Как думаете, почему другие претенденты не смогли пройти через ловушки?
– У них не было вас, госпожа Браун! – крикнул кто-то из счастливых студентов.
Я прикрыла глаза, проглотила рвущиеся наружу ругательства и терпеливо уточнила:
– Еще варианты?
