Босха заинтересовал отрезок времени, когда Пеллу было восемь лет. Пелл описал тестирующему его человеку квартиру, в которой, как он считал, они жили дольше всего под одной крышей. Мать связалась с неким Джонни. Тот спал с ней и требовал, чтобы она доставала ему наркотики. Часто мальчик оставался на попечении Джонни, а мать в это время уходила торговать собой, чтобы добыть деньги на наркоту. Иногда она исчезала на несколько дней, и Джонни злился и выходил из себя. Надолго запирал мальчика в чулане или жестоко избивал ремнем. В справке отмечалось, что на спине и ягодицах Пелла сохранились рубцы, подтверждающие его рассказ. Избиения были ужасны сами по себе, но мужчина также принуждал мальчика к оральному сексу и при этом угрожал еще более жестокими побоями, если он проговорится матери.
Вскоре мать Пелла ушла от Джонни, и ситуация изменилась, но несчастья мальчика продолжались. В тринадцать лет, когда они ночевали в мотеле, и он спал на одной кровати с матерью, та умерла ночью от передозировки. Мальчик попал под опеку министерства по делам несовершеннолетних и сменил несколько семейных приютов. Нигде надолго не задерживаясь, он бежал, как только представлялась возможность. Пелл заявил тестирующему, что с семнадцати лет жил совершенно самостоятельно. А когда его спросили, работал ли он, ответил, что получал деньги, занимаясь сексом с мужчинами старше себя.
Босх знал, что подобные страшные истории могли бы поведать многие обитатели улиц и тюрем: полученные в детстве душевные травмы проявлялись во взрослом возрасте, часто выражаясь в похожих действиях. Вот эту тайну ежедневно изучала на своей работе Анна Стоун.
Прочитав два других отчета, Босх обнаружил, что это вариации на одну и ту же тему, хотя Пелл немного сбивался в датах и возрасте людей. Но в основном канва совпадала, что свидетельствовало либо о лености тестирующих, либо о том, что приведенные факты соответствуют действительности. Босх решил, что правда где-то посередине. Тестирующие фиксировали только то, что им сообщали, или повторяли сведения предыдущих справок. Никто не пытался найти доказательства словам Пелла или разыскать людей, издевавшихся над ним.
Босх достал блокнот и записал суть истории о человеке по имени Джонни. Он больше не сомневался в справедливости данных региональной лаборатории. Утром у них с Чу там назначена встреча. Напарник отправится туда за подтверждением того, что приняты во внимание все возможности.
Уверенный в том, что с лабораторией все чисто, Гарри почувствовал, как адреналин, просачиваясь в кровь, будоражит его. Вскоре он потечет струей, и этот поток подхватит и понесет его самого. Босх знал почти наверняка, кто убил Лили Прайс.
Утром он позвонил напарнику из машины и сказал, чтобы тот ехал в морг без него.
– А ты что собираешься делать? – спросил Чу.
– Вернусь в Панорама-Сити, пощупаю один след.
– Что за след, Гарри?
– Это связано с Пеллом. Вчера вечером я прочел его досье и пришел к кое-каким выводам. Надо проверить их. Едва ли проблемы в лаборатории, но необходимо подстраховаться, чтобы ничего не выплыло на суде. Если, конечно, суд когда-нибудь состоится. Одному из нас придется давать показания. Подтвердим, что убедились: в лаборатории все чисто.
– Что мне сказать, когда я туда приеду?
– У нас назначена встреча с заместителем директора. Скажи, что нам нужно перепроверить, как обстоят дела с уликами по нашему делу. Поговори с лабораторной крысой, занимавшейся ДНК Пелла. Двадцать минут от силы, и не забывай все записывать.
– А ты что будешь делать?
– Надеюсь побеседовать с Пеллом о человеке по имени Джонни.
– Что?
– Расскажу, когда вернусь в управление. Мне надо двигаться.
– Гарри…
Босх разъединился. Он не хотел объяснять. Это лишало его импульса и сбивало с темпа.
Через двадцать минут Босх ехал по Вудман-авеню и искал парковочное место неподалеку от Буэна-Виста. Мест не оказалось, и ему пришлось встать в красной зоне, где остановка запрещена, и пройти квартал пешком. Босх просунул руку в ворота и позвонил. Представился и попросил доктора Стоун. Замок открылся, и он вошел.
Анна, улыбаясь, ждала его в вестибюле административного помещения. Гарри спросил, есть ли у нее свой кабинет или другое место, где они могли бы спокойно поговорить, и она отвела его в комнату для бесед.
– Поговорим здесь. В кабинете, где я работаю, сидят еще два психиатра. Что случилось, Гарри? Не ожидала увидеть вас так скоро.
Босх кивнул, подтверждая, что и он на это не рассчитывал.
– Мне надо пообщаться с Клейтоном Пеллом.
Анна нахмурилась, словно его просьба поставила ее в трудное положение.
– Вот что, Гарри, если Клейтон подозреваемый, я из-за вас окажусь в очень неприятной ситуации…
– Он не подозреваемый. Давайте на секунду присядем.
Анна показала на стул, где обычно сидели ее пациенты, а сама села напротив.
