— Да знаю я! — надулся он: — Ты что забыл, как на пробах проходили вместе? Сколько играли уже?
— Я просто приболел на голову. Но сейчас все в порядке!
— А про меня ты что-нибудь знаешь? — спросила меня Гермиона.
— Ты Эмма Шарлотка Ватсон!
— Не Шарлотка! — обиделась Гермиона: — Я Эмма Шарлотта Дьюерре Ватсон.
— Зато я знаю, что ты самая замечательная актриса! И успех фильма большей частью будет твоей заслугой! — воодушевленно сказал я.
— Ты думаешь? — с сомнением протянула Гермиона. Ей было непривычно и страшно быть актрисой. Она была домоседкой.
— Во всяком случае, ты можешь просто быть сама собой! Гермионой Грейнджер! Как и я… Авось получится! — успокоил я её: — У на сбудет дело посложней, чем в кино играть! Нам еще и магии учиться придется!
— Ага! — засмеялся Руперт: — Кроме гонораров еще бесплатные уроки магии получим! Колдовать начнем! Нам палочки волшебные выдадут!
Ему это показалось очень смешной шуткой. А мы смотрели на него серьезно.
— Ах, если бы все было так просто, — вздохнула Гермиона: — Я с утра пробовала пушинку с места сдвинуть и не получилось. Никаких следов магических способностей. Чисто магла!
— Я тоже, — печально сказал я: — С маленькой бумажкой не справился. Силы на нуле.
— Вы чокнутые! — ухмыльнулся Руперт: — В кино не обязательно быть настоящим волшебником для съемок! Нам все сделают при помощи комбинированных съемок!
— Не учи меня! — отрезал я: — Я уже в двух фильмах снимался! Просто для себя хотелось немного поколдовать!
Тут режиссер Крис оборвал нашу иддилию и сказал идти в павильон съемок. После первого дня съемок, Крис Коламбус был нами недоволен. Особенно Гермионой. Она была не достаточно темпераментной, какой был Эмма. Хотя текст она запоминала хорошо, но блеска в игре не хватало. Я предложил ей ехать к нам и поработать над ролью дома. Её мама Жаклин согласилась её отпустить к нам с ночевкой.
Дома я ей втолковывал какой была Эмма Ватсон в фильме и требовал изобразить тот фейерверк гримас и эмоций, каким она была. Гермиона с трудом управлялась. В конце концов, она разозлилась. И тут вдруг ей захотелось притянуть опять бумажку, которую мы время от времени пытались поднять. И это получилось!
— Гарри! Ты был прав! Даже в маглах есть чуть-чуть магии! Её нужно только заставить выплеснуться! — в восторге завопила она и бросилась ко мне на шею. В это время как раз вошла моя мама Марси и одобрительно кивнула:
— Молодец Эмма! Теперь у тебя очень убедительно получается роль Гермионы! Я сразу поверила!
Гермиона покраснела и отцепилась от меня. А я задумался над перспективами тренировок. Оказывается, как-то эмоциональное состояние похлестывает выплески магии. Надо еще какой-то измеритель магии придумать…
Спать в одной кровати и даже в одной комнате нам не позволили. Но мы сговорились, что на следующий день уже я отправлюсь к ней в дом с ночевкой.
На следующий день съемок, Гермиона, воодушевленная своей магической удачей, играла значительно лучше. И режиссер был почти доволен. Потом мы отпросились у моей матери и отправились в дом к Гермионе… то есть, к Эмме Ватсон. Там я познакомился с её братом. Мы опять поупражнялись в магии. На этот раз я старался вызвать в себе бешенство, вспоминая разные неприятности, внушая себе, что на всю жизнь останусь в теле Редклифа и обречен сниматься еще в восьми сериях.
Это сработало, и мне удалось сдвинуть с места обрывок бумажки. Хотя я неуверен, что это не был сквозняк. Но потом я обратил внимание на статуэтку Фемиды на камине. У нее в руках были настоящие аптекарские весы! Это тот измеритель, что нужен! Нужно купить точные аптекарские весы с набором гирек! И тогда дело пойдет.
Кстати, нам даже разрешили спать в одной кровати! Жаклин была не такой ревнительницей нравов, как моя еврейская мама. Она доверяла благоразумию дочери. Да у них и не было лишней кровати. Только диван. Благодаря чему, мы еще пару часов прошептались о разном. Мы оба решили купить по комплекту маленьких весов и упражняться, начиная с самых маленьких гирек.
Принцип кача должен был быть тот же, что и в нашем мире: сто раз потратился полностью — удвоил потенциал. Если сейчас у нас по одном баллу, то после сотни притянутых бумажек, приблизительно, должно стать два балла! То есть мы сразу в сквибы перейдем! Это уже большая честь для мира без магии. Сквибы видят многое, что не видят маглы.
На станции Котленд снимаем прибытие в Хогсмит. Фильм потихоньку снимался, а мы с Гермионой потихоньку качались. Мы за единицу отсчета взяли нашу первичную силу, отмеренную в аптекарских миллиграммовых гирьках. Потом регулярно качаясь, наблюдали наш прогресс и вели дневники. Я посоветовал дополнительную графу самочувствие и эмоции.
Окружающие нас справедливо полагали уже влюбленной парочкой. Мама Редклифа уже озабоченно присматривалась к семье Ватсон, как к потенциальным родственникам. Все-таки еще столько серий вместе! Не захочешь, а согрешишь! Тем более сынок, который раньше и шнурки не мог завязать вдруг стал бодрячком и спортсменом.
