Гарри, вот я тут задумался как-то вечером. У меня даже фотки твоей нет. Мама с папой тебя не фотографировали, а сам ты до сих пор психуешь, когда о том папарацци малолетнем вспоминаешь. Может, все-таки поищешь у себя какую-нибудь фотку, где ты один? Я понимаю, что моей физиономией хвастаться перед друзьями особенно не получится, но на тебя я бы перед сном полюбовался.
Ладно, буду заканчивать. Тут Пирс с Крисом приперлись. Буду им холку чистить.
Целую, Дадли.»
Глава 26.
«Дадли!
Я тут обшарил альбомы Драко, Рона и Гермионы на предмет моих колдографий и нашел одну. Их раньше было много, Колин Криви в прошлом году нащелкал, но я их почти все уничтожил. Не думал я, что ты такой романтик. Вот только я не понял, почему я должен стесняться твоей фотографии. Или ты до сих пор помнишь, как я в восемь лет называл тебя поросенком в парике? Честное слово, теперь ты не похож ни на поросенка, ни на парик. Гермиона сказала, что ты очень симпатичный. И близнецы тоже так сказали. Я даже заревновал.
У нас сейчас Хэллоуин. Все наши свалили в Хогсмит, а я сижу в замке, как привязанный.
Зашел тут к Люпину от нечего делать, вернее он зазвал. Посидели, чаю попили, а потом заявился Снейп. Он варит Люпину какое-то зелье жуткое и заставляет пить.
Кстати, Дадли, не смей пить то, что наколотят твои обдолбанные алхимики. Это опасно. Я у Люпина взял книжку одну, об охоте на темных тварей. Там и о ведьмаках раздел был. Все их декокты чудовищно ядовиты и принимать их надо под контролем кого-нибудь опытного. Понял? Не смей пить это! Если что, маггловские врачи не откачают, а к колдомедикам тебе не попасть.
Видел бы ты физиономию Снейпа, когда тот Люпину зелье принес. С такой рожей только яд и подают.
(после пробела и карандашом)
Дад, у нас тут такое случилось!
Я сейчас пишу это письмо на полу Большого зала. Но, по порядку.
