Они поднырнули под него и побежали что было сил, но, достигнув конца коридора, чуть не врезались в дверь — она была заперта.
— Всё! — простонал Рон, навалившись в отчаянии на дверь. — Конец!
Они слышали, как топочет Филч, торопясь на крики Брюзги.
— Да отойдите вы, — проворчала Гермиона.
Она выдернула у Гарри палочку, коснулась ей замка и прошептала:
— Alohomora!
Замок щёлкнул, и дверь отворилась. Они протиснулись в щель, быстро захлопнули дверь за собой и прижались к ней ушами.
— В какую сторону они пошли, Брюзга? — говорил Филч. — Отвечай скорее!
— Скажи «пожалуйста».
— Брюзга, я тут с тобой не в игрушки играю! Куда они пошли?!
— Ничего не скажу, пока не скажешь «пожалуйста», — протянул Брюзга нараспев своим противным голоском.
— Ну ладно. Пожалуйста.
— НИЧЕГО! Ха-ха! Я же обещал, что не скажу «ничего», если ты не скажешь «пожалуйста»! Ха-ха!
Они услышали, как Брюзга просвистел мимо и скрылся. Филч в ярости шипел ему вдогонку проклятия.
— Он думает, что дверь заперта, — прошептал Гарри. — Кажется, пронесло. Невиль, да отцепись ты!
Невиль последнюю минуту настойчиво дёргал Гарри за рукав.
— Ну, что там?
Гарри обернулся — и сразу очень хорошо увидел, что там. На мгновение ему показалось, что это просто кошмарный сон — зрелище это было уж слишком, да ещё поверх всего, что с ними случилось.
Они были вовсе не в комнате, как подумали сначала. Перед ними был коридор. Запретный коридор на третьем этаже. И теперь было понятно, почему он был объявлен запретным.
Прямо на них глядели глаза чудовищного пса, который заполнял собой всё пространство до самого потолка. У него было три головы. Три пары безумно вращающихся глаз. И три носа, подрагивающих и принюхивающихся в их сторону. И три огромных пасти, из которых скользкими нитями свисала с жёлтых клыков слюна. Пёс стоял неподвижно, устремив все шесть глаз прямо на них. Гарри понял, что он не кинулся на них лишь потому, что их внезапное появление сбило его с толку. Судя по угрожающему рычанию, которое становилось всё громче и громче, пёс уже вполне опомнился.
Гарри зашарил по двери в поисках ручки. Между Филчем и верной смертью выбрать стоило Филча.
Они вывалились из двери спиной вперёд; Гарри изо всех сил хлопнул ею, и они полетели по коридору. Филч, похоже, ушёл искать их где-то в другом месте, поскольку видно его нигде не было, да им уже было не до него. Всё, чего им хотелось — это оказаться как можно дальше от чудовища. Они бежали, не останавливаясь, до самого портрета Толстой Дамы на седьмом этаже.
— И где это только вас носило? — осведомилась она, рассматривая их красные, мокрые лица и халаты, еле державшиеся на плечах.
— Потом объясню. Свиное рыло, свиное рыло, — еле пробормотал Гарри, задыхаясь.
Портрет откинулся в сторону. Они пролезли в общую комнату и свалились в кресла, не в силах унять дрожь.
Прежде чем кто-либо из них заговорил, прошло немало времени. А глядя на Невиля, можно было подумать, что он теперь уже и вовсе никогда не заговорит.
— Они что, совсем одурели — такую жуть в школе держать? Да ещё взаперти, — произнёс наконец Рон. — Уж кому-кому, а этой собачке свежий воздух не повредил бы.
Гермиона отдышалась, и к ней вернулся её обычный язвительный характер.
— Вы вообще на что смотрели? — ядовито фыркнула она. — Вы что, не видели, на чём он стоял?
— М-м-м… на полу? — предположил Гарри. — Знаешь, у меня как-то на его лапы смотреть охоты не было — уж больно головы были интересные.
— Да ни на каком ни на полу! На люке в полу, вот на чём. Он же явно что-то охраняет.
Она встала перед ними, сверкая глазами.
— Ну, надеюсь, вы-то собой довольны — это ведь у нас самое главное! Подумаешь, кого-то там могли в клочья разорвать. Или того хуже, исключить из школы. А теперь, если вы не возражаете, я пойду спать.
Рон смотрел ей вслед, открыв от удивления рот.
— Да нет, где уж нам возражать, — сказал он. — Во даёт! Можно подумать, мы её насильно с собой потащили.
Забираясь в постель, Гарри всё думал о том, что сказала Гермиона. Пёс что-то охраняет… Как Хагрид говорил? Чтобы что-нибудь сохранить, Гринготт — самое хорошее место, если не считать Хогвартса.
Кажется, Гарри наконец узнал, куда делась неприглядная коробочка из сейфа семьсот тринадцать.
Малфой глазам своим не поверил, когда на следующее утро убедился, что Гарри и Рон не только не вылетели из Хогвартса, но и пребывали во вполне весёлом настроении, хотя и выглядели усталыми. И в самом деле, при свете дня встреча с трёхголовым псом казалась не более чем весёлым приключением, и им не терпелось отправиться на поиски следующего. Гарри тем временем просветил Рона по поводу таинственной коробочки, которая, похоже, перебралась из Гринготта в Хогвартс, и они долго сидели и строили догадки, что же могло нуждаться в столь серьёзной охране.
— Эта штука или здорово ценная, или здорово опасная, — сказал Рон.
— Или и то, и другое, — добавил Гарри.
