Когда они теряли одну из своих фигур, белые расправлялись с ней беспощадно; вскоре у стены образовалась довольно значительная куча безжизненных чёрных тел.
Раз или два Рон в самый последний момент замечал, что Гарри и Гермионе тоже грозила опасность. Сам он скакал по всей доске, и взял при этом почти столько же белых фигур, сколько они потеряли.
— Отлично… Только… — пробормотал он неожиданно. — Дайте подумать…
Белая королева повернула к ним своё пустое лицо.
— Да, — тихо сказал Рон. — По-другому не выйдет. Придётся, чтобы меня взяли.
— Нет!!! — закричали Гарри и Гермиона в один голос.
— Это шахматы! — сорвался Рон. — Тут иногда приходится жертвовать! Я пойду вперёд, и она возьмёт меня, и тогда ты, Гарри, дашь мат королю!
— Но…
— Мы собираемся остановить Снейпа или нет?
— Рон…
— Слушай, если мы не поторопимся, он скоро найдёт камень!
Другого выхода и в самом деле видно не было.
— Приготовились, — сказал Рон. Он побледнел, но на лице у него была написана решимость. — Ну, я пошёл. Когда выиграете, не торчите здесь долго.
Он прыгнул, и белая королева бросилась на него. Её каменная рука ударила Рона по голове, и он рухнул замертво. Гермиона страшно закричала, но осталась на своей клетке. Белая королева оттащила Рона в сторону. Похоже, что он был без сознания.
Гарри, дрожа, перешёл на три поля влево.
Белый король снял корону и швырнул её Гарри под ноги. Они победили. Фигуры расступились и склонились в глубоком поклоне, открыв дорогу к двери. Бросив последний отчаянный взгляд на Рона, Гарри и Гермиона помчались вперёд — через дверь и по следующему коридору.
— А что, если он…
— Всё будет в порядке, — сказал Гарри, пытаясь убедить в этом себя больше, чем Гермиону. — Ну, кто следующий?
— Сначала была Пророст — чёртов силок. Флитвик зачаровал ключи, Макгонагелл совершила превращение фигур — так, что они ожили… Остаётся заклинание Квиррела, и Снейп.
Перед ними была ещё одна дверь.
— Готова? — прошептал Гарри.
— Давай.
Гарри распахнул дверь.
Их ноздри наполнились невыносимой вонью; оба они одновременно поднесли к носам полы своих мантий. На глаза у них навернулись слёзы. Прямо перед ними, распростёршись на полу, валялся тролль — ещё больше того, что напал на них тогда в туалете. На затылке у него сочился кровью здоровенный желвак.
— Хорошо, что хоть с этим драться не придётся, — прошептал Гарри, осторожно перелезая через толстенную ногу. — Пошли скорее, а то я сейчас задохнусь.
Он потянул за ручку следующей двери, наполовину не решаясь взглянуть на то, что ждало их за ней. Однако ничего ужасного он не увидел — перед ними был всего лишь стол, на котором в ряд были выстроены семь сосудов разной формы.
— Снейпа работа, — сказал Гарри. — Интересно, что мы должны делать?
Они переступили порог, и за ними на месте двери немедленно взметнулось пламя.
Это был не обыкновенный огонь; он был лилового цвета. В тот же миг в проёме двери напротив появилось чёрное пламя. Ловушка захлопнулась.
— Смотри!
Гермиона схватила свиток, который лежал на столе рядом с бутылками. Гарри прочёл у неё через плечо:
Гермиона облегчённо вздохнула; к своему удивлению, Гарри увидел, что она улыбается — чего ему в этот момент хотелось меньше всего.
— Гениально, — сказала Гермиона. — Это не волшебство — это просто логика.
Головоломка. Многие известные колдуны совершенно не умеют логически мыслить. Над этим они будут биться до скончания века.
— И мы тоже, я так понимаю?
— Ни в коем случае, — сказала Гермиона. — Всё, что нам нужно, здесь уже написано. Семь бутылок; в трёх — яд, в двух — вино; одна позволит нам пройти через чёрный огонь, и ещё одна поможет вернуться обратно через лиловый.
