Внутри у Гарри все перевернулось. Он ринулся к дорогому другу и порывисто обнял за шею.
— Что с тобой?
Северус убрал локти с клавиш, но в глубине инструмента еще дрожал отголосок стихающей боли.
— Доброе утро, мистер Поттер, — он прижался небритой щекой к руке Гарри. — Я вас разбудил?
«Вы» звучало так нежно, что Гарри только вздохнул.
— Нет, я уже привык рано вставать, мистер Снейп. Сэр. Профессор. Доктор медицинских наук. Почетный член Королевского...
— Ах ты, маленький вредный кит!
Северус молниеносно развернулся на стуле, схватил Гарри за поясницу и потянул к себе так, что тот плюхнулся к нему на колени.
— Опять «мистер Поттер»? Ты обещал сказать, зачем нам нужна дистанция. Так и не сказал, — Гарри уткнулся носом в его шею возле уха и замер в блаженстве.
— Лучше тебе этого не знать, дорогой мой, — Северус просунул руку под майку Гарри и тоже застыл, слегка поглаживая его спину. — Что тебе снилось, помнишь?
— Кровь. Везде, везде... Липко так, противно! Дамблдор за мной гнался... Книжку показывал... ту самую. Я от него убегал, убегал... и не мог, а он все кричал про Знак Господень... Северус, ты меня задушишь!
— Прости, мой хороший... Какой еще Знак Господень? Знак «стоп» на веревке с неба, чтобы бедный грешник, не дай бог, не кончил?
Гарри смущенно отвел взгляд.
— Северус! Ты ужасный! Если Бог хочет что-то человеку сказать, Он дает ему знак. Это может быть что угодно, — Гарри попытался сплести косичку из волос друга, но не преуспел.
— И что, ты видел какой-то знак? Во сне?
Гарри оставил в покое волосы и занялся изучением бровей: их можно было пригладить пальцем, а можно было и распушить. И то, и другое было приятным занятием.
— Нет, не во сне. Пастор говорил, что надо обращать внимание на все, что происходит вокруг. Что Господь с нами постоянно разговаривает, посылает нам сигналы и знаки... Надо просто смотреть, слушать... Но я ничего не видел. Однажды меня проезжающая машина забрызгала... я весь мокрый пришел на домашнюю группу. Дамблдор сказал, что это Знак, Господь хочет для меня водного крещения.
— Бред какой! Даже не смешно, — рассердился профессор. — Гарри, и ты в эту чушь веришь?
— Тогда... поверил, — вздохнул юноша. — А больше никаких знаков... Ах, нет, еще стол на меня упал, когда я у пастора в гостях был.
— Как это, стол упал?
— Вот так, просто. Стоял стол, а потом вдруг на меня перевернулся. Шрам на ноге остался.
— Что за чушь, стол сам перевернулся?
— Я не вру, — жалобно сказал Гарри. — Я не знаю, как это получилось... Не помню даже. Но это тоже был Знак Господень. Дамблдор сказал. Северус, ты в клинику разве не опоздал? Я сегодня дежурю, так что поеду только к четырем, а ты...
— Мое расписание тоже слегка изменилось, — Северус увлеченно поглаживал его спину под майкой. — Буду дежурить по вторникам. Вот такое совпадение, мистер Поттер.
— Ты не должен из-за меня менять график, вдобавок приезжать раньше и... — начал Гарри.
— У меня есть чем заняться в клинике, — невозмутимо сказал Северус. — Мне удобно приезжать раньше. Кстати, кое-кто еще не завтракал, как я понимаю.
— Там миссис Уизли шуршит, — сообщил юноша и прибавил тише: — Ругается. Диван чистит.
— Вот я и сбежал, — буркнул Северус.
Гарри положил подбородок ему на плечо.
— Ты так красиво играл, только безумно грустно. Что это было?
— Эквивалент молитвы. Импровизация. Советую попробовать на досуге.
— Я не умею, Северус. Все соседи разбегутся.
— О, это было бы счастьем. Надеюсь, пастор Риддл не выдержит первым.
Гарри положил палец на клавишу рояля и осторожно нажал. Инструмент издал мрачный рык: начинающий пианист ткнул в контроктаву.
— Ты нашел Библию? — тихо спросил он.
Северус поморщился.
— Гарри, если честно, и не искал. Я знаю этот чертов стих. Странно, что ты сам его не вспомнил. Ты вчера был такой расстроенный, что... мне расхотелось его тебе напоминать. Посиди здесь, я чаю принесу, и мы поговорим.
Он встал, поцеловал растерянного юношу в подбородок и вышел.
Через пару минут он вернулся с подносом, на котором едва умещались чай, тосты и печенье.
— Мы еще ни разу тут не завтракали, — заметил Гарри, оглядывая гостиную. Он осторожно поднес к губам чашку, опасаясь разлить чай на шикарный диван бледно-персикового цвета.
— Мы много чего тут не делали, — пробормотал профессор.
Гарри отставил чашку на стол из черного стекла, чудо мебельного дизайна, и уставился на Северуса выжидающим взглядом.
— Угощайтесь, мистер Поттер, тосты с абрикосовым джемом, с медом, а вот это...
— Северус!
— Хорошо, — скривился тот. — Левит восемнадцать — двадцать два: «Не ложись с мужчиною, как с женщиною: это мерзость».
Он невозмутимо намазал тост медом и отправил в рот.
— Так и знал, — мрачно сказал Гарри. — Просто хотел убедиться, что не перепутал.
— Если бы Молли угостила нас рагу из кролика, вы бы так же расстроились, мистер Поттер? — вдруг спросил Северус.
— При чем тут это?
— Нет, я спрашиваю, осудили бы вы меня или себя за рагу из кролика?
— Конечно, нет, что за ерунда.
