Гарри Поттер во многих отношениях был очень необычным мальчиком. Во-первых, он ненавидел летние каникулы больше других времён года. Во-вторых, он очень хотел сделать домашнее задание, но ему приходилось делать его тайком глубокой ночью. И так случилось, что он был волшебником.
Была почти полночь, а он лежал в кровати на животе, натянув на голову одеяло, словно палатку, с фонариком в одной руке и большой книгой в кожаной обложке («История Магии» Батильды Бэгшот), раскрытой и прислонённой к подушке. Гарри вёл кончиком орлиного пера вниз по странице и, нахмурившись, искал что-нибудь, что могло пригодиться для сочинения на тему: «Сожжение ведьм в четырнадцатом веке было совершенно бессмысленным — Обсудить».
Перо остановилось в начале подходящего параграфа. Гарри сдвинул свои круглые очки на переносицу, поднес фонарик ближе к книге, и прочёл:
Неволшебные люди (более известные как магглы) особенно боялись магии в средневековье, хотя и не умели по-настоящему её распознавать. В тех же редких случаях, когда им всё-таки удавалось поймать настоящих волшебницу или волшебника, сожжение не имело никакого смысла. Волшебница или волшебник произносили простое Пламязамораживающее Заклинание, а затем делали вид, что кричат от боли, на самом деле наслаждаясь нежным щекотанием. Например, Венделин Странной настолько нравилось, когда её сжигали, что она позволила поймать себя под разными обличиями как минимум сорок семь раз.
Гарри зажал перо в зубах и потянулся под подушку за чернильницей и свитком пергамента. Медленно и очень осторожно он отвинтил крышку чернильницы, обмакнул перо и начал писать, время от времени останавливаясь, чтобы прислушаться, потому что если бы кто-нибудь из Дёрсли по пути в ванную услышал скрип его пера, ему, скорее всего, грозило остаток лета провести взаперти в чулане под лестницей.
Семья Дёрсли, проживающая в доме номер четыре по Привит Драйв, была причиной того, что Гарри никогда не радовался летним каникулам. Дядя Вернон, тётя Петуния и их сын Дадли были единственными живыми родственниками Гарри. Они были магглами, и у них было весьма средневековое отношение к магии. Умершие родители Гарри, которые сами были ведьмой и волшебником, никогда не упоминались под крышей дома Дёрсли. Долгие годы тётя Петуния и дядя Вернон надеялись, что если они будут как можно сильнее угнетать Гарри, то смогут выбить из него магию. Добиться успеха им не удалось, отчего они были в ярости, и теперь они боялись, что кто-нибудь узнает о том, что последние два года Гарри провел в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Самое большее, что они могли сделать — это запереть в начале лета учебники Гарри, волшебную палочку, котёл и метлу на замок и запретить ему разговаривать с соседями.
Лишившись учебников, Гарри столкнулся с серьёзной проблемой, потому что учителя в Хогвартсе дали им кучу заданий на каникулы. Одно из сочинений — особенно трудное, о Съёживающих Зельях — задал самый нелюбимый учитель Гарри, профессор Снейп, который очень порадовался бы такому поводу наказать Гарри на целый месяц. Поэтому Гарри воспользовался удобным случаем в первую же неделю каникул. Пока дядя Вернон, тётя Петуния и Дадли вышли в палисадник, чтобы повосхищаться новой служебной машиной дяди Вернона (как можно громче, чтобы её заметила вся улица), Гарри прокрался вниз, открыл чулан под лестницей, схватил несколько книг и спрятал у себя в комнате. Если постараться и не оставлять чернильных пятен на простынях, Дёрсли и не узнают, что по ночам он изучает магию.
В данный момент Гарри старался не наживать себе проблем с тётей и дядей, так как они уже злились на него, потому что через неделю после начала каникул ему позвонил его друг-волшебник.
Рон Уизли, один из лучших друзей Гарри в Хогвартсе, принадлежал семье, полностью состоящей из волшебников. Это означало, что он знал гораздо больше Гарри, но раньше он никогда не пользовался телефоном. К величайшему несчастью, трубку поднял дядя Вернон.
— Вернон Дёрсли у телефона.
Гарри, оказавшийся в этот момент в комнате, замер, услышав голос Рона:
— АЛЛО! АЛЛО! ВЫ МЕНЯ СЛЫШИТЕ? Я — ХОЧУ — ПОГОВОРИТЬ — С — ГАРРИ — ПОТТЕРОМ!
Рон кричал так громко, что дядя Вернон вздрогнул и отвел трубку на фут от своего уха, глядя на неё со смешанным выражением ярости и страха.
— КТО ЭТО? — проревел он в направлении трубки. — КТО ВЫ?
— РОН — УИЗЛИ! — закричал в ответ Рон, как будто они с дядей Верноном разговаривали, стоя на противоположных концах футбольного поля. — Я — ДРУГ — ГАРРИ — ИЗ — ШКОЛЫ…
Маленькие глазёнки дяди Вернона тотчас обратились на Гарри, который будто прирос к полу.
— ЗДЕСЬ НЕТ НИКАКОГО ГАРРИ ПОТТЕРА! — проревел он, держа трубку на вытянутой руке, как будто боясь, что она может взорваться. — Я НЕ ЗНАЮ, О КАКОЙ ШКОЛЕ ВЫ ГОВОРИТЕ! НИКОГДА МНЕ БОЛЬШЕ НЕ ЗВОНИТЕ! НЕ СМЕЙТЕ ПРИБЛИЖАТЬСЯ К МОЕЙ СЕМЬЕ! — и он бросил трубку на телефон так, как будто это был ядовитый паук.
Скандал, последовавший за этим, был самым худшим из всех.
