— У Петтигрю на передней лапе, нет, на руке нет пальца. Он сам отрезал его…
— Это Петтигрю напал на Рона, а не Сириус… Дамблдор поднял руку, прервав этот поток объяснений.
— Теперь ваша очередь слушать, и я попросил бы не перебивать меня, потому что времени у нас чрезвычайно мало, — начал он негромко. — Кроме ваших слов, нет никаких доказательств, подтверждающих рассказ Блэка. А слова двух тринадцатилетних волшебников, увы, никого не убедят. На улице было полно очевидцев, которые поклялись, что видели, как Сириус убил Петтигрю. Я сам свидетельствовал перед министром, что Сириус был у Поттеров Хранителем Тайны.
— Профессор Люпин может подтвердить… — не удержался Гарри.
— Профессор Люпин далеко в лесу и не в состоянии кому — либо что — либо рассказать. А когда он снова обретет человеческий облик, будет уже поздно. И Сириус будет хуже, чем мертв. Могу добавить, что у большинства моих коллег оборотни вызывают столь мало доверия, что его поддержка едва ли поможет. Особенно если учесть, что они с Блэком старые друзья.
— Но…
— Пойми, Гарри, у нас нет времени. Версия профессора Снегга выглядит гораздо убедительнее вашей.
— Он ненавидит Сириуса, — с отчаянием вымолвила Гермиона. — И все из-за той глупой шутки, которую Сириус с ним сыграл…
— Согласитесь, Сириус вел себя подозрительно. Напал на Полную Даму, проник с ножом в башню Гриффиндора. Ко всему этому Петтигрю, живой он или мертвый, не имеет никакого отношения. И у нас нет ни малейшей возможности доказать его невиновность.
— Но вы-то верите нам.
— Да, верю, — невозмутимо согласился Дамблдор. — Но я бессилен заставить других прозреть истину или отменить решение министра магии. У меня нет такой власти.
Глядя на его огорченное лицо, Гарри почувствовал, как земля уходит у него из — под ног. Он уже давно свыкся с мыслью о всемогуществе Дамблдора и рассчитывал, что директор запросто, одним махом найдет какое — то удивительное решение. И вот их последние надежды рушились.
— Сейчас нужно одно, — медленно проговорил Дамблдор, и его яркие голубые глаза перебежали с Гарри на Гермиону, — выиграть время.
— Но… — начала было Гермиона, и тут глаза у нее округлились. — Ну конечно!
— Теперь внимание. — Дамблдор заговорил тихо и отчетливо. — Сириус заперт в кабинете профессора Флитвика на восьмом этаже, тринадцатое окно справа от Западной башни. Если все сложится удачно, сегодня ночью вы спасете две невинные жизни. Но запомните оба: вас никто не должен видеть. Мисс Грэйнджер, вы это знаете и знаете, сколь велик риск… Вас — никто — не должен — видеть.
Гарри понятия не имел, о чем идет речь. А Дамблдор встал и, дойдя до двери, обернулся.
— Я закрою вас здесь. Сейчас, — он взглянул на часы, — без пяти двенадцать. Мисс Грэйнджер, вам хватит трех оборотов. Желаю удачи.
— Желаю удачи? — повторил Гарри, как только за Дамблдором закрылась дверь. — Три оборота? О чем он говорил? Что мы будем делать?
Гермиона пошарила у себя за пазухой и извлекла очень длинную золотую цепь.
— Гарри, иди сюда, — велела она. — Быстро! Гарри подошел к ней, окончательно сбитый с толку. Гермиона подняла цепь перед собой, и он увидел на ней крохотные, сверкающие песочные часы.
— Встань ближе.
Она накинула цепь и ему на шею.
— Не шевелись.
— Да что ты такое делаешь? — Гарри совершенно растерялся.
Гермиона трижды перевернула песочные часы. Темнота в палате рассеялась, и Гарри почувствовал, что очень быстро он летит куда — то назад. Мимо неслись смутные цветные пятна и контуры, уши заложило — он попытался крикнуть, но не слышал своего голоса…
Но вот под ногами вновь появилась твердая почва, и все опять обрело привычные очертания.
Они с Гермионой стоят в пустынном холле, из распахнутых парадных дверей на мощеный пол льется поток золотых солнечных лучей. Гарри ошарашено взглянул на Гермиону и на цепь от часов, врезавшуюся ему в шею.
— Гермиона, что произошло?
— Быстро! — Гермиона схватила его за руку и потащила через холл к чулану, где хранились швабры, щетки и ведра, втолкнула его туда, вошла сама и прикрыла за собой дверь.
— Что… Как… Гермиона, Я ничего не понимаю!
— Мы переместились назад во времени, — шепотом объяснила Гермиона. В темноте она сняла цепь с шеи Гарри. — На три часа.
Гарри нащупал свою ногу и что было силы ущипнул. Вышло очень больно. Да, похоже, это и впрямь не фантастический сон.
— Но…
— Ш-ш-ш-ш! Слушай! кто-то идет! Скорее всего, мы!
Гермиона прижалась ухом к двери чулана.
— Шаги в холле… Да, это мы идем к Хагриду!
— Ты хочешь сказать, — прошептал Гарри, — что мы здесь, в этом чулане, и снаружи?
— Нуда, — кивнула Гермиона, не отрывая уха от двери. — Уверена, это мы… по звуку не больше трех человек… и идем медленно — ведь на нас мантия — невидимка…
Она умолкла, по — прежнему напряженно прислушиваясь.
— Мы спускаемся по парадной лестнице… Гермиона присела на перевернутое ведро — вид у нее был очень взволнованный. Но Гарри желал услышать ответы на некоторые вопросы.
— Где ты достала эту песочную штуковину?
