«Не так уж и плохо», — подумал Гарри, неторопливо описывая крути (вела Парвати). Гарри глядел поверх голов, но скоро и сами зрители, разобравшись на пары, присоединились к танцующим, и Гарри перестал ощущать на себе взоры десятков глаз. Рядом с ним танцевали Невилл с Джинни, которая все время морщилась — Невилл то и дело наступал ей на ноги. Дамблдор вальсировал с мадам Максим. Она была чуть выше него, впрочем, для дамы ее роста и полноты мадам Максим танцевала вполне грациозно. Грозный Глаз неуклюже топтался в тустепе с профессором Синистрой, которая явно опасалась его деревянной ноги.
— Недурные носки, Поттер, — прохрипел Грюм, буравя волшебным глазом мантию Гарри.
— Еще какие, — улыбнулся Гарри. — Их связал домовик Добби.
— Какой он ужасный! — шепнула Парвати на ухо Гарри. Деревянная нога Грюма бухала уже далеко, и он не мог слышать ее слов. — По-моему волшебные глаза давно пора запретить.
Услыхав последнюю дрожащую ноту, выведенную волынкой, Гарри облегченно вздохнул. Все захлопали, а Гарри мгновенно высвободился из объятий Парвати.
— Пойдем посидим? — предложил он. «Ведуньи» заиграли новый танец, веселый и быстрый.
— Нет, — возразила Парвати, — давай танцевать. Мне этот танец очень нравится!
— А мне нет, — соврал Гарри и повел Парвати к столикам у стенки мимо Фреда и Анджелины, которые так лихо отплясывали, что другие пары шарахались от них, боясь за свою жизнь. За одним из столиков сидели Рон с Падмой.
— Ну как бал? — Гарри опустился на соседний стул и откупорил бутылочку сливочного пива.
Рон промолчал. Он не сводил глаз с Гермионы и Крама, которые танцевали неподалеку. Падма сидела, скрестив руки, закинув одну ногу на другую, и притоптывала в такт музыке, недовольно поглядывая на Рона, который, казалось, совсем забыл о ее существовании. Парвати села рядом с Гарри в ту же позу, что и сестра, и в ту же минуту к ней подошел ученик из Шармбатона и пригласил на танец.
— Гарри, ты не возражаешь? — спросила Парвати.
— Что? — спросил Гарри, глядя на Чжоу и Седрика.
— Ничего, — бросила Парвати и пошла танцевать, только он ее и видел.
Подошла раскрасневшаяся Гермиона и села рядом.
— Привет, — сказал Гарри. Рон промолчал.
— Очень жарко, — обмахивалась ладонью Гермиона. — Виктор пошел за лимонадом.
Рон взглянул на нее испепеляющим взглядом.
— Уже Виктор? А звать его Вики он еще не просил тебя?
— Что с тобой? — Гермиона удивленно вскинула брови.
— Сама не понимаешь?
Гермиона перевела взгляд на Гарри, но тот лишь пожал плечами.
— Рон, да что…
— Он из Дурмстранга — вот что! Он соперник Гарри. И нашей школы. А ты… ты… — Рон подыскивал слово, которое описало бы преступление Гермионы. — Ты братаешься с врагом — вот что!
Гермиона рот открыла от изумления.
— Глупость какая! — наконец вымолвила она. — «С врагом!» А кто прыгал от радости, когда Виктор приехал? Кто хотел взять у него автограф? У кого в спальне его статуэтка?
Рон пропустил все эти обвинения мимо ушей.
— Он, конечно, в библиотеке пригласил тебя?
— Да. Ну и что? — Щеки у Гермионы раскраснелись еще больше.
— А ты его уже записала в Ассоциацию Восстановления Независимости Эльфов?
— И не подумала! Если хочешь знать, он каждый день ходил в библиотеку, чтобы поговорить со мной. И никак не решался. Он сам мне это сказал, — выпалила Гермиона на одном дыхании и стала пунцовой, как мантия Парвати.
— Вот, вот, сказал, — съехидничал Рон.
— Ты на что намекаешь?
— Понятно на что. Он ведь учится в школе Каркарова, да? Знает, с кем ты дружишь… Ему нужен Гарри, нужно кое-что о нем выведать, даже, может, навести порчу…
Гермиона взглянула на Рона так, как будто он дал ей пощечину.
— Он меня о Гарри вообще не спрашивал, ни одного раза, — сказала она дрожащим голосом.
И Рон тут же повел атаку с другой стороны.
— Тогда, значит, ему просто нужна твоя помощь. Он один ни за что не проникнет в тайну яйца. Представляю, как вы уютно сидите рядышком в библиотеке…
— Я никогда не стану ему помогать! — сверкнула глазами Гермиона. — Слышишь? Никогда! Как ты смеешь такое говорить! Я хочу, чтобы победил Гарри. И он это знает, правда, Гарри?
— По тебе не скажешь, — продолжал наскакивать Рон.
— Для чего устроили этот Турнир? Чтобы волшебники из разных стран подружились!
— Ничего подобного! Главное в Турнире — победа! Рон с Гермионой кричали так, что окружающие стали уже на них поглядывать.
— Послушай, Рон, — Гарри попытался утихомирить друга, — меня нисколько не трогает, что Гермиона пришла на бал с Крамом…
Но Рон закусил удила.
— Что ж ты не идешь к своему Вики? Он тебя, наверное, обыскался!
— Не смей называть его Вики! — Гермиона вскочила и побежала через зал, сталкиваясь с танцующими парами.
Рон глядел ей вслед, и на лице у него смешались ярость и удовлетворение.
— Ты, наконец, пригласишь меня танцевать? — спросила Падма.
— Нет, — отрезал Рон, все еще глядя вслед Гермионе.
— Ну и отлично. — Падма поднялась, подошла к сестре, и для нее тотчас нашелся кавалер, тоже француз. Гарри даже показалось, что кавалер Парвати вызвал его заклинанием, так быстро он появился.
— А где Гермивонна? — к друзьям с двумя бокалами подошел Крам.
