- Да, дом для будущих матерей-одиночек, конечно, не сахар. Все эти дурацкие фильмы про венерические болезни и наркотики, работа в швейных мастерских и церковь каждый день... В больнице еще хуже. Ко всем приходят мужья, держат своих ненаглядных за руки, любуются младенцами. У одной, я знаю, был и муж, и любовник: они приезжали в разное время, и каждый считал, что ребенок от него. Ко мне никто не приезжал. Но в конечном итоге все, как видишь, утряслось.
- А кто отец? Наверное, так, ни то ни се?
Гэрриет немного помолчала и ответила:
- Вон около кровати его фотография.
- Ого! - Самми в изумлении разглядывала лицо Саймона. - Да, тогда конечно. Такого и я бы не смогла отшить.
Оторвавшись от фотографии, она взглянула на Гэрриет новыми глазами. Надо же, подумала она, значит, что-то в ней все же есть - а с виду такая рохля.
- Ничего, - сказала она вслух, - зато теперь у тебя есть Кори. Я бы тоже не отказалась пожить с ним в одном доме.
- С ним и с миссис Боттомли, - поправила ее Гэрриет.
Самми усмехнулась.
- Да, пожалуй, в таком раскладе это звучит уже не так приятно.
Она начала покрывать ногти вторым слоем лака.
- Давно я тут не была. Раньше, помню, заглядывала чуть не каждый день это когда у Эрскинов жила предпоследняя няня. Мы с ней здорово подружились. Кори ей нравился, зато она терпеть не могла Ноэль. Ей без конца подавай то одно, то другое: то завтрак в постель, то парики расчесывай или туалеты вечерние готовь. Такое впечатление, будто няня ей самой нужнее, чем детям. Ноэль с Элизабет у нас ведь тоже подружки, - продолжала Самми. - В своем роде, конечно, - при встрече целуются-милуются, а за спиной готовы глотки друг другу перегрызть. Так вот, Элизабет тоже няню держит только для вида чтобы было кому сбагрить детей, когда к ней очередной хахаль приезжает. По правде говоря, у нее их столько, что кровать скоро не выдержит.
Гэрриет засмеялась, но все же этот разговор ее все больше смущал.
- С кем ты сегодня встречаешься? - спросила она, чтобы переменить тему. - Хороший парень?
- О, потрясающий! Фирма прислала его сюда что-то строить, на окраине Лидса. У него совершенно бесподобный акцент, а кроме того, он живет на своем собственном острове - можешь себе представить? Я ему сказала, что считала до сих пор всех финнов пьяницами и дикарями, а он мне: финн тоже разный бывает. Что, по-моему, вполне остроумно.
Припудривая тальком нежные складочки Уильяма, Гэрриет старалась заглушить в себе зависть. Она уже забыла, когда в последний раз ходила на свидание. В женском журнале - том самом, где она вычитала про капусту с морковкой, - была статья о воспитании детей. "Каждому ребенку нужна любовь матери и отца, - говорилось в ней, - нужно чувство уверенности и счастливый семейный очаг".
Вероятно, и ей надо начать искать отца для Уильяма.
- А где вообще тут люди встречаются? - смущаясь, спросила она.
- Деточка, - сказала Самми, - у въезда в долину находится Уэйкли, с огнями, дискотеками и богатыми промышленниками, которые ждут не дождутся нас с тобой, чтобы потратить на нас свои денежки. Недавно там даже открылся бар для одиноких - "Свободный вечер" называется, - и он битком набит такими парнями, что закачаешься. Они все приехали в Лидс на какие-то свои конференции, а вечером не знают, куда себя деть. Вот там я как раз подцепила своего финна. На следующей неделе как-нибудь сходим туда вместе.
Подняв Уильяма на руки, Гэрриет ощутила его приятную тяжесть и вдохнула восхитительный, ни с чем не сравнимый младенческий запах. Пожалуй, "Свободный вечер" для нее еще не наступил.
Зазвонил телефон.
- Давай подержу, - сказала Самми, протягивая руки к Уильяму.
Звонила какая-то синьора ди Куизано из Рима: ей нужно было срочно переговорить с мистером Эрскином. Гэрриет не рискнула его беспокоить.
- Простите, но он сейчас очень занят. Оставьте, пожалуйста, телефон, он вам перезвонит.
Синьора, кажется, огорчилась. Может, надо было все же сказать ему про звонок? Хлопнула входная дверь: Кори, вероятно, отправился за сигаретами.
Гэрриет пошла на кухню заваривать чай. Самми тоже спустилась вслед за ней и, усевшись в кресло-качалку, начала развлекать Уильяма.
- Ку-ку! - говорила она, то прячась, то снова выглядывая из-под завесы огненно-рыжих волос.
Уильям заходился от смеха.
Минут через десять входная дверь опять хлопнула. Значит, он просто выходил в конюшню.
- Интересно, что там дети делают? - бросила Самми, даже не думая вставать с кресла.
- Сейчас заварю чай и посмотрю, - сказала Гэрриет.
- Ух ты, ореховый пирог, - заметила Самми. - Недурно. Элизабет, жмотина, в жизни не раскошелится на что-нибудь вкусненькое, так что чай мы пьем с чем придется. А представить, сколько они тратят на виски и на овес для своих лошадей! Ей-Богу, надо было мне наниматься к ним лошадью, а не няней.
- Нет, Кори так не жадничает, - сказала Гэрри-ет. - Он никогда не выясняет, сколько денег я потратила и на что. Да и вообще, с ним вполне можно поладить, разве что изредка на него находит...
