Шайка молодых грабителей забирается в неприметный домик на лесной полянке в окрестностях Неаполя. По наводке в домике большие деньги и тщедушный хозяин. Вместо денег шайка получает пули, а хозяин кладёт шайку мордой в грязь. Вскоре шайка узнаёт, что ягодки её ждут впереди, ибо хозяин не в ладах со спецслужбами. До конца истории доживают не все.
К запахам леса примешался едкий дух оружейной смазки. Холодный лязг затворов приглушили стены оврага, покрытые толстым слоем мха. Сквозь редкие капельки тумана просочился шепот.
– Готовы?
– Порядок, Энцо!
– Сверим часы. Старт в четыре пятнадцать. Всем удачи!
*
*
В центре лесной поляны сквозь предрассветную мглу проступали очертания дома. Обшаривая взглядом окрестности, люди в камуфляжах поглядывали на часы. До 4:15 на светящихся циферблатах оставалось две минуты.
– Чезаре! Твой выход через…
– Сильвио, ты идиот! Не называй имен!
– Расслабься! Энцо не услышит. Ты же меня не сдашь?
Чезаре приладил винтовку к пеньку, прицелился и нажал на спуск. Глушитель сработал на совесть. Затвор выплюнул гильзу с глухим скрежетом и ядовитым запахом сгоревшего ружейного пороха. Спутниковая антенна на крыше дома шелохнулась, испустив искру.
Второй выстрел раздробил керамический изолятор электропроводки в белую пыль. Лампа, висевшая над крыльцом, погасла. Третья пуля разнесла в щепки телефонную коробочку.
Чезаре подобрал стреляные гильзы, прислушался. Сильвио поднялся.
– Пошли!
Через три минуты они подползли к дому. Их ждали. Обменявшись условными знаками, группа подобралась к двери черного хода. Энцо расправился с замком, жестом приказал проверить оружие. Чезаре осмотрел винтовку, остальные – пистолеты.
*
*
Человек за мониторами приглушил яркость экранов. Комната погрузилась в непроглядную темень. Человек надел черные очки, занес руку над клавиатурой. Лишенный зрения, он превратился в слух. От голых стен эхом отражались скрип шашеля в половицах да лягушачьи песни в далеком пруду.
Дверь отворилась, скрипнув петлями. Снаружи донесся напряженный выдох. Через секунду дверь распахнулась – скрип слился в короткий писк. На фоне открытого проема промелькнули четыре силуэта. Дверь закрылась. Человек за монитором расслабил руку. Безымянный палец коснулся клавиши “Enter”.
Позади человека в темных очках зажглись три маленьких солнца. Их яркость соперничала с магниевой вспышкой, с одним отличием: она не теряла интенсивности во времени – наоборот, набирала мощи. Как пламя ацетилена, когда быстро открываешь кран горелки. Воздух в комнате потеплел. Запахло горелой пылью.
Человек за монитором щелкнул “Escape”. Яркое свечение сошло на нет.
– Повтор концерта только по заявкам зрителей. В каждой лампе – тридцать киловатт. Повторить?
Ослепленный, Энцо в поисках опоры хватался руками за пустое пространство.
– Хватит! Никаких повторов!
Чезаре ползал на четвереньках и ощупывал пол в поисках выроненной винтовки.
– Я не мог промахнуться! Я отстрелил эти чертовы кабеля вместе с изоляторами!
Человек за мониторами издал смешок.
– Когда прослезитесь, осмотрите мой стол. Особое внимание уделите пистолету и снятому предохранителю. Палить на мой голос не советую. Комната спроектирована с расчетом на слуховой обман. Вы нашпигуете свинцом пустоту. Прикоснетесь к оружию – застрелю. А зрение к вам вернется минуты через три. Если повезет.
Минута прошла под всхлипывания, шморгания носом и шаркающие звуки. Люди в камуфляжах начали подавать признаки вменяемого поведения. Энцо сквозь слезы пытался навести резкость на человека за столом. Остальные продолжали растирать глаза.
– Здравствуйте, господа! Чезаре, Сильвио, Энцо и… как зовут мою гостью?
Энцо старался просверлить взглядом Чезаре и Сильвио.
– Кому укоротить язык?
– Всем троим, Энцо. Всем троим. Синьорина назвала твое имя еще в овраге. Понятно, почему ей прощается то, что засчитывается остальным. С такой-то фигурой! Но командир должен держать себя в руках, Энцо.
Энцо поднял удивленный взгляд ребенка, пойманного на воровстве варенья.
– Командир? С чего ты…
– У тебя из кармана выглядывает уголок карты. У других ничего подобного нет. Наблюдательность – великая штука, Энцо. Вашей команде ее не хватает. В округе полно камер. Вы не заметили ни одной.
– Черт тебя возьми! Ты все знал еще с оврага! Почему же…
– Ваше время задавать вопросы еще не наступило. Вернемся к вам, синьорина. Таинственной незнакомкой звать вас не хочу: язык сломаю. Имя!
Девушка вскинула руку в революционном приветствии.
– Жанна д’Арк!
Выстрел хлестнул по ушам. Девушка с перекошенным от боли и одновременно удивленным лицом припала на левое колено и ойкнула. На ее штанине среди камуфляжных разводов появилось отверстие, обрамленное бордовым ореолом. Ствол пистолета указал на Сильвио, попытавшегося помочь раненой. Сильвио вернулся на место.
– Синьорина, вы пришли ко мне с оружием в руках. О моей галантности забудьте. А теперь рассаживайтесь, господа! Стулья позади вас, вдоль стены. Помогите безымянной подруге добраться до стула. И будьте любезны забыть о пушках. Они вам только навредят. Я один, но успею накормить свинцом вас всех, как только проголодаетесь.
Гости заняли стулья. Девушка от помощи отказалась, оттолкнув протянутую руку Сильвио. По лицу хозяина дома скользнула довольная улыбка.
Чезаре хмыкнул.
– Ты здесь один? Ха! Или врешь, или нажал кнопку тревоги. Когда ждать гостей в униформе, герой? Такая красная кнопочка, как у банковского клерка под столом, да?
