…Гигантский корпус наполовину перевернутого судна лежал на глубине в двадцать метров и… потрясал воображение. Словно инопланетный объект, покинутый в спешке своими хозяевами. Правда, на морском дне он давно приобрел новых. Затонувший корабль, как коммунальная квартира, манил к себе множество мелкой неимущей рыбешки – ведь в нем масса мест, где легко спрятаться и вывести потомство, – и крупной: она любит мелкую и её потомков.
Многочисленные люки и распахнутые двери так и звали заглянуть внутрь. Мы накинули канат прямо на швартовочные кнехты и поднялись за группой. Англичане ждали нас на борту, уже готовые к погружению.
– Внутрь заходим только за мной и все вместе! – ещё раз предупредил группу Кравчук. – Здесь очень просто потеряться, застрять, попасть под завал… Будьте предельно внимательны и осторожны.
На первом погружении мы проплыли и осмотрели корабль снаружи, прошли по палубам и надстройкам. Я замыкал группу, приглядывая за отстающими, собирая и подгоняя их.
Второе погружение совершали позже, уже передохнув и пообедав. На этот раз вооружились фонарями, чтобы проникнуть внутрь. Через широкую грузовую шахту мы, один за другим, заплывали в огромный, бездонный трюм, набитый ящиками с то ли снарядами, то ли минами, то ли бомбами, то ли какими-то запчастями. Все это было ржавым, хлипким и, казалось, могло обрушиться в любую минуту, поэтому мы сбились в кучу и с опаской затихли, ничего не трогая и стараясь лишний раз даже не перебирать ластами. Когда глаза, наконец, совсем привыкли к темноте, приступили к осмотру арсенала, осторожно продвигаясь вглубь. Узкими коридорами мы двигались от одного отсека в другой, пока не выбрались наружу через огромную пробоину в носовой части корпуса судна. «Обалдеть! – подумал я. – Вот бы здесь покопаться и поискать чего-нибудь». Руки так и чесались, несмотря на жёсткое правило, что с затонувшего корабля категорически запрещается брать что-либо.
Пора было закругляться. Вместе с туристами мы поднялись наверх, всех пересчитали. А нам с Кравчуком предстояло ещё одно погружение: теперь надо отвязать нашу яхту. И я решил соблазнить его поплавать чуть подольше: «Брать ничего не будем, но посмотрим, что там ещё есть».
– Что, например?
– Не знаю, что-нибудь. Давай найдем, например, каюту капитана… и посмотрим, чего там…
– Так мы же уже закончили погружения, – сказал он. – Сейчас отвязываем корабль и уходим.
– Вот, давай перед тем, как отвязать, и заскочим! – Я быстро прикинул время по таблице декомпрессии. – Минут десять у нас есть, а с «остановочкой» так и вообще…
Тут к нам подошёл капитан:
– Погода портится, – сообщил он. – Да и времени уже много. Я думаю, будет лучше заночевать на острове, а обратно в Халаиб выйти завтра с утра. В полумиле отсюда есть хорошая бухта.
– Значит, сегодня – никак?
– Боюсь, что при такой волне и ветре засветло не успеть, – объяснил капитан. – А в темноте в непогоду между рифами небезопасно.
Меня известие обрадовало – выходит, время есть. Англичане тоже восприняли новость спокойно и совершенно не возражали. Перспектива ночевки на необитаемом острове им, похоже, даже пришлась по вкусу, особенно после того, как выяснилось, что для ужина необходимо будет наловить кальмаров, которых, со слов капитана, в этих местах, как грязи.
