- Оль, а счастья? - не даю ей ускользнуть, срывая поцелуй с губ, и неожиданно для себя так открыто улыбаясь, как будто этот поцелуй запустил, какой-то совершенно новый отсчёт нашей истории. - Моего, Оль...
- Ри... - громко сглатывает она, явно не ожидая от меня ничего подобного и в экстренном порядке пытаясь изменить направление разговора. - Но зато теперь мне понятно, как твой отец обзавелся таким количеством жён.
- Я пока не предлагаю тебе выходить за меня замуж, - провожу пальцами по румянцу на её щеках.
- Пфф... - фыркает она, тихонько хихикая. - Потому что чувствуешь, что точно не отвертелся бы! - мило улыбается мне в ответ, но следом серьезно уточняет: - Ты и она, правда, должны пожениться?
- Оль, ты реально считаешь меня настолько безответственным? - неподдельно возмущаюсь я.
- Не знаю. Прости, но выглядело это очень правдоподобно, - искренне делится она своим впечатлением. - К тому же... - взгляд становится ещё серьезнее, - подобное не такая уж и редкость.
- Точно не в нашем случае, но ты не представляешь, как любят эти истории у нас на семейных встречах. Эту ты обязательно услышишь сегодня. Но я ни разу не давал Летисии повод думать, что давний пьяный трёп наших отцов может стать реальностью.
- А почему нет? - неожиданно задает она вопрос, пристально за мной наблюдая.
- Терпеть не могу, когда моя жизнь приравнивается к разменной монете. Поэтому - без шансов. Предпочитаю управлять ей сам.
- У тебя неплохо получается.
- Всего лишь неплохо? - обижено тяну я. - Ты просто ещё не очень хорошо меня знаешь, детка. И мы вернулись к тому, с чего начали - будем знакомиться по-настоящему...
Нежность губ и её полное подчинение, когда чувствуешь, что ждёт малейшего намёка и следует за тобой, а через мгновение пытается угадать, чего ты хочешь и... угадывает, полностью растворяя тебя в себе.
- Ольга! Прервитесь, пожалуйста, на полчаса. Я не могу есть эту горелую подошву от Тео! - бесцеремонно вклинивается между нами негодующий голос отца.
Оля
Сижу на высоком табурете рядом с колдующим над мясом Габриэлем.
После этой странной стычки с Летисией все как-то уж очень споро вокруг меня забегали и, кажется, даже смотреть стали несколько иначе.
- Оль, ещё десять минут. Сделаю стейки для тех, кто очень уж ценит качество. Остальные обойдутся. Больше будут ценить, - улыбается мне Ри, хитро подмигивая.
- Можно мне тоже? Я ценю! Честно! - показательно прикладываю руку к сердцу. - Просто за десять минут, я окончательно захлебнусь слюной.
- Я тебя спасу, - на мгновение отвлекается он от гриля, мимолётно меня целуя и успевая прошептать на ухо: - Хочу видеть, как ты его ешь, - говорит так, что мне становится неловко.
- Для тебя я съем ещё один позже, - смущённо смеюсь, отводя глаза.
- Нет, это совсем не то. Мне важно видеть, когда пробуют моё блюдо впервые. Самая честная реакция. А потом, когда просят добавки ещё и... ещё...
Он о еде... А я мгновенно проваливаюсь в недавнее, всё ещё блуждающее во мне воспоминание.
Закрываю глаза, безуспешно пытаясь утихомирить сердце, бьющееся там... в прошлом...
- Подождешь... для меня... - касается уха дыхание Габриэля, и я поспешно киваю, так и не открывая глаз.
Он не настаивает, не вынуждает, всего лишь просит о том, что считает для себя важным, но оставляет выбор за мной, пусть и в такой мелочи, как выбор времени, когда съесть стейк...
Сглатываю слюну от них обоих.
Да... В таких-то условиях не мудрено нахватать зависимостей и резко повысить планку...
Десять минут пытки всех моих органов чувств, и шеф-повар передает эстафету кому-то из помощников Кьяры, при этом оставляя меня ещё на минуту в одиночестве. Но затем появляясь с закрытым крышкой подносом, цепляя меня за руку и со словами, что сейчас покажет мне самое романтичное место на земле, уводит в совершенно противоположном основному празднеству направлении.
- Знаешь, Ри, - несусь я по тропинке между зарослями каких-то незнакомых мне кустарников за явно спешащим Габриэлем и прерываю наше вполне себе комфортное молчание лишь потому, что из меня рвётся только-только пришедшее на ум озарение, - ведь дело не в месте, а в том, с кем ты.
- Согласен, - даже не думает опровергать он мои слова. - Просто некоторые места очень этому способствуют. Красота, удобство, атмосфера, ты забываешь обо всем вокруг, проникаешься и хочешь поделиться своими ощущениями. А вот характер ощущений здесь определяющий. Угадаешь, какой?
Он внезапно останавливается, поворачивается, и я на всем ходу впечатываюсь ему в грудь.
Поднос в левой руке Гарбиэля покачивается так, что я с испугом тянусь к нему.
- О-о-оль, - смеётся в ответ этот жонглёр, - не переживай, поднос с едой я не отпущу ни при каких обстоятельствах, а ещё... тебя...
Правой рукой он обхватывает мою спину, скользит ею выше к шее и опять целует...
Место не имеет никакого значения...
Вообще...
Потому что важны только мы...
Интенсивность чувств сводит с ума, словно стирая весь мой предыдущий опыт и перенастраивая на какую-то новую, сверхтонкую частоту.
И он... Габриэль...
Ни настроение, ни отпуск, ни Италия...
