Вечером, после обеда с неизменными партнерами по теннису Биллом и Тедом, они сидели на террасе одного из особняков «Юнайтед фрут» в Вилла-Аллегре и любовались видом на город, открывавшимся с вершины холма. Пили мохитос, затягивались дорогими сигарами с расположенной неподалеку табачной фабрики «Сезар Эскатанте», наслаждались прохладой антильского летнего вечера, звездами, легким ветерком с моря, звуками мамбо и стуком барабанов: гуляки готовились к еще одной веселой ночи.
– Ребята, надеюсь, вы в курсе происходящего, – сказал Тед.
– В курсе, – ответил Роджер.
– Роджер, я знаю, что вы с Уолтером мастера по части тенниса. Но… есть игра и покруче. Компания поставила на кон миллионы. Ее финансовое положение целиком и полностью зависит от здешней политической стабильности. Со временем мы перебазируемся в Панаму или другую страну Центральной Америки, однако… Роджер, я надеюсь, что вы держите руку на пульсе событий.
– Сэр, – сказал Роджер, – мы еще несколько месяцев назад поняли, куда ветер дует, и готовы к этому. Проведение упреждающей акции не в нашей компетенции, но Перл-Харбор не повторится. Тогда мы сидели и чесали задницу. Можете не сомневаться: если что-нибудь случится, мы будем во всеоружии. Мы знаем, откуда это идет, и вовремя приняли некоторые чрезвычайные меры. Вашим бананам ничто не грозит. Ваши ананасы никто не тронет. Ваш сахарный тростник не сгорит.
– Вот и ладно, – ответил Билл. – Я пью за банановую империю. За то, чтобы в Соединенных Штатах Америки всегда были бананы. И за двух парней, которые непобедимы на корте и будут такими же непобедимыми в политических битвах.
Уолтер, которого в последнее время стали все чаще называть «Френчи», во время доклада Роджера сидел тихо. Он вел всю оперативную работу: мотался по острову, встречался с копами, осведомителями, гангстерами, надсмотрщиками на плантациях и симпатичными университетскими профессорами – в то время как Роджер летал в зарубежные командировки, лоббировал, представительствовал и красовался. Уолтер трое суток не смыкал глаз и мечтал хорошенько выспаться.
– Что мы знаем? – спросил Тед. – Не ту чушь, которую вы включаете в отчеты или сообщаете послу, а по существу.
Забавно, но бедняга Роджер и сам не имел об этом понятия. Насчет деталей он был не мастак.
– Уолтер, вы не могли бы просветить ребят?
– Конечно, Роджер. Мы знаем, что тайная полиция месяц назад чуть не убила одного честолюбивого местного лидера, который с помощью красноречия разжигал инстинкты толпы. Однако ему удалось бежать. Похоже, эту неуклюжую акцию предпринял отдел политического сыска на свой страх и риск. Парень исчез – то ли в трущобах Сантьяго, то ли в соседних городках или на фермах. К тому времени мы уже следили за ним.
– Вы знаете, где он теперь?
– Гм… не совсем. Он хитер, умен, коварен, чрезвычайно целеустремлен и, возможно, психически нестабилен. Ему не хватает хладнокровия, и если что-нибудь идет не так, он начинает лезть на стену. Но мы не пытаемся удержать его от насильственных действий; нет, время, когда мы мечтали спустить дело на тормозах, ушло. На сей раз мы надеемся, что он действительно что-то предпримет. И думаем, что это случится в самое ближайшее время. Он нетерпелив. И мелковат, несмотря на все его таланты. Если он что-то сделает, неважно что, мы быстро найдем на него управу.
– Какую, мистер Шорт?
– Прошу прощения, сэр. Не могу сказать. Гриф «совершенно секретно».
– Даже намеком?
– Нет, сэр.
– Ладно, – сдался Роджер. – У нас есть специалист по таким делам. Можете называть его Охотником на людей номер один. Если будет какой-то след, он возьмет его. Если придется стрелять, он сделает это. И сделает на «отлично».
«Проклятый идиот! – подумал Френчи, сидевший с бесстрастным видом. – Все пошло коту под хвост из-за того, что ты решил пустить пыль в глаза двум хлыщам из банановой компании!»
– Ура! – воскликнул Тед. – Выпьем за стрелка!
– Выпьем за человека, который знает свое дело! – подхватил Билл.
– За героя Америки! – добавил Роджер.
– За настоящего профессионала, – заключил Френчи.
Все встали, подняли бокалы, выпили до дна, потом снова сели и продолжили наслаждаться вечером и мыслями о безоблачном будущем.
Город заполняли толпы людей, готовившихся к завтрашней вакханалии. Пробиравшуюся сквозь них машину по крайней мере дважды останавливали самодеятельные оркестры мамбо и их поклонники, вышедшие на улицу для создания атмосферы анархии – непременного условия успеха.
– Мистер Джонс, надеюсь, что эти цыпочки не отвлекут вас от работы, – произнес младший из офицеров, беззастенчиво рассматривая красоток в коротких платьях.
– Мистер Джонс знает свое дело. Иначе Роджер бы его не выбрал, – откликнулся лейтенант Дэн, раболепно оглянувшись на Эрла, который чувствовал себя вовлеченным в затеянный Дэном и Роджером странный ритуал, значения которого не понимал.
