Но это, конечно, лишь казус. Именем Принципа и «Молодой Боснии» называли школы, улицы и спортивные клубы. Популярные в Сараеве да и во всей Югославии команды по баскетболу и гандболу назывались «Млада Бос-на» (потом их переименовали в «Железничар»).
А известный боснийский исполнитель народных песен Сафет Исович пел:
В шестидесятые, семидесятые и даже восьмидесятые годы прошлого века по «местам Гаврилы Принципа» возили пионеров, передовиков производства и просто туристов. Главным объектом посещения кроме музея «Молодой Боснии» в Сараеве был также дом-музей Принципов в Обляе.
От того, как сегодня кажется многим людям старшего поколения, спокойного и счастливого времени, осталось немало документальных кадров, запечатлевших сербов, хорватов, македонцев, черногорцев и других югославов, внимательно осматривающих дом и экспозицию небольшого музея, а также пионеров, говорящих, что хотели бы стать такими же, как «родившийся здесь герой». «В этом доме, — сообщает диктор одного из югославских документальных фильмов об Обляе, — тщательно сохраняется память о молодом человеке, который своими выстрелами в Сараеве бросил вызов оккупантам и поработителям южных славян».
Но всё это — в прошлом.
А что сегодня помнят о главных участниках сараевской трагедии — не историки, а самые обычные люди?
Что касается Франца Фердинанда, то простые австрийцы о нем знают мало. Анита фон Гогенберг, которая сама часто встречает посетителей принадлежавшего ее прадеду замка Артштетген, нас тоже водила по всему замку и окружающему его саду, для обустройства которого Франц Фердинанд потратил много сил и средств. Он выращивал розы, его правнучка — огромные пионы, которые показывала нам с нескрываемой гордостью, называя их «княжескими».
Княгиня Анита откровенно признавалась — со временем люди всё меньше помнят о том, кем был Франц Фердинанд и что с ним произошло. Даже те, кто приезжает в замок. «Нет, они, конечно, слышали о сараевских событиях, но очень удивляются, что этот замок самым непосредственным образом связан именно с тем человеком, которого там убили. Они даже не помнят, как его звали». По ее словам, только около 20 процентов посетителей музея более или менее знакомы с событиями в Сараеве.
Она показала нам все 25 залов музея и рассказала, как сложилась жизнь детей эрцгерцога после гибели родителей. Их называли «сараевскими сиротами». Макс, Эрнст и София, лишившись сразу матери и отца, жили в Чехии. В 1919 году восемнадцатилетняя София вышла замуж. Тогда же у них конфисковали в пользу государства всё имущество и выслали в Австрию, разрешив взять с собой только по пять килограммов вещей на человека. В Австрии же их лишили титулов — они в Австрийской республике были упразднены.
Макс Гогенберг поселился в замке Артштетген. Он изучал право. Эрнст — растениеводство и лесоводство. Оба брата были убежденными «легитимистами» (монархистами), терпеть не могли нацистов и лично Гитлера и выступали против аншлюса — присоединения Австрии к Германии.
Когда же в 1938 году аншлюс всё-таки произошел, нацисты арестовали братьев и отправили в концлагерь Дахау. Макс сидел там полтора года, а Эрнста перевели в концлагерь Заксенхаузен, где он находился до 1943 года. Он умер в 1954 году в возрасте сорока девяти лет.
Когда Австрию освободила Красная армия, советская военная администрация назначила Макса Гогенберга бургомистром Артштеттена. В музее и сейчас можно увидеть любопытные экспонаты: нарукавную повязку с надписью «бургомистр» на русском и немецком языках, а также соответствующее удостоверение, тоже на двух языках. «Интересно, что советский офицер, который сообщил ему об этом назначении, очень хорошо, буквально в деталях, знал его биографию и вообще историю нашей семьи, — рассказывала Анита фон Гогенберг. — Советские офицеры были тоже расквартированы в замке Артштетген. Они знали, кому он принадлежал раньше, и вообще вели себя очень предупредительно».
Через пять лет Макс получил должность бургомистра уже путем выборов. Он умер в 1962 году. София намного пережила братьев, скончавшись в 1990-м в возрасте восьмидесяти девяти лет.
У Макса было шестеро детей (в том числе Георг фон Гогенберг), у Эрнста — двое, у Софии — четверо. Так что сейчас по всему миру «рассыпано» немало потомков эрцгерцога Франца Фердинанда и его супруги Софии Хотек, герцогини фон Гогенберг.
Сегодня княгиня Анита фон Гогенберг старается, чтобы музей в Артштетгене не только мог объективно рассказать о Франце Фердинанде, но и превратился в один из известных туристических брендов Австрии.
