Домовой ловко вывернул на известную ему полянку в заснеженном лесу. Во время приземления снегоход тряхнуло, и Кондрашка, покрытый льдом с колпака до туфель, сорвался вниз. Он воткнулся ногами в сугроб по самую грудь, а руки его так и остались поднятыми вверх. Снегири сразу оценили инспектора – на каждый скрюченный палец села птичка, итого получилось десять. На носу и волшебной палочке их тоже немало устроилось.
– Вижу Деда Мороза! – закричал Гаврюша, потянул руль на себя и посадил снегоход. – Вот он обрадуется! Мы с ним, Егорка, да-авние знакомые.
– Слышишь, Маркс? Прилетели! – доложил мальчик фарфоровому коту и протёр ему морду тёплой варежкой. Из снегохода они с Гаврюшей выбрались одновременно и дружно побежали вперёд, к могучей фигуре в синем тулупе с блёстками.
Среди сугробов, на пеньке, сидел Дедушка Мороз – настоящий, с вьющейся белой бородой. Только вот синяя шапка валялась в ногах, посоха не было вообще, а вместо внучки рядом стоял белый северный олень, который тяжело вздыхал, глядя на печального хозяина. Гаврюша подобрал шапку, отряхнул и заботливо водрузил на законное место.
– Спсиба! – от души кивнул дед, не замечая гостей, и обнял рогатого за шею. – Спсиба, друг!
– Кхе-кхе-кхм! – прокашлялся домовой, снимая рюкзак, и подмигнул встревоженному Егору. Тот осторожно отступил на шаг назад. – Доброго здоровьица, Мороз Колотунович! – поклонился Гаврюша и подал знак мальчику сделать то же самое.
Егор выдавил тихое «здрасте» и осмелился подойти.
– Не плачьте, дедушка! – попросил мальчик, сел на корточки и снизу вверх заглянул в опухшее лицо. – У вас что-то случилось?
– Чёчилось… – признался дед и всхлипнул.
Гаврюша мигом вынул из рюкзака фарфорового Маркса и сунул Морозу в руки.
– Погладьте котика, – предложил Егор, – и расскажите нам всё. Мы поможем, честное слово!
Дед Мороз на автомате начал гладить кота и, о чудо, стал приходить в себя! Его олень меж тем раздувающимися ноздрями понюхал воздух и чужие следы на снегу. Потом поднял морду и увидел что-то похожее на дерево – Кондрашкины руки в снегирях. Сгорая от любопытства, рогатое животное отправилось на разведку.
Так Егор, Гаврюша и заколдованный кот выяснили, что стряслось у дедушки две беды. По весне уходящего года встретила внучка Снегурочка свою любовь, да не лесного, не деревенского и не столичного жителя, а турецкого подданного из города Стамбула!
Чистокровный турок и богач был красавцем и льстецом, каких свет не видывал. В два счёта растопил он девичье сердце, позвал замуж, она сразу и согласилась. Ну и свинтила с новогодних праздников к супругу в жаркую Турцию, на море, халву и шаурму…
Остался у дедушки троюродный племянник Борька, лет которому по обычным человеческим меркам стукнуло сорок. Широкий мужчина, с пивным брюхом, только что без хвостика и пятачка. Да и ответственности в нём с гулькин нос. То есть никакой!
Короче, племянник этот непутёвый Снегурочку заменять отказался. Самолично убёг в Москву, нашёл себе певицу Аньку из провинции, сольное-народное, дал объявление в газету и пошёл с ней по квартирам дедморозить. Внешность колоритная, бороду прилепил, и готов Дед Мороз, а Аня у него, понятное дело, Снегуркой приплясывала.
Уж какие там заработки, нам неведомо, но… Исхитрился этот подлец ещё и посох волшебный украсть! А куда дедушке без посоха? Вот и сидел он в лесу, горькой баловался, покуда наши спасители его не нашли…
– Эхххх, младёшь… нептёвая! – Дед Мороз горько вздохнул и высморкался в снег. – Как звать-та тебя, мальчк?
– Егор Красивый.
– Хвасты-ть нехорошо. Симпатишный, энто да! А то сразу – красивый…
– Это фамилия такая. У нас вся семья Красивые, и папа, и мама, и сестра Глаша.
Дед Мороз почему-то хотел оспорить и это заявление, но тут за спинами гостей взревел олень. Егор с Гаврюшей обернулись и увидели, что зверь стоит совсем рядом, сжимая в зубах волшебную палочку.
– Это штука опасная! – предостерёг домовой. – Дай сюды!
– От-тдай! – поддержал дед.
Олень по-собачьи весело отпрыгнул и покосился на Гаврюшу игривыми глазищами, как бы говоря: «А ну-ка, отними!»
– Пожалуйста, отдай палочку! – вежливо попросил мальчик, протягивая руку, на что олень кокетливо завилял хвостиком.
– С-сматри! С-санта-Клаус! – крикнул белобородый хозяин зимы и показал пальцем в небо. Рогатый вскинул морду, распахнул пасть и заметался по снегу, глядя на маковки сосен.
Дед Мороз хихикнул и улыбнулся гостям.
– С Ам-мерики прс-слали! Дурачок, нет там твоего К-клауса. А он в-верит…
Гаврюша подобрал волшебный жезл, вытер его о штанину и засунул в валенок.
– Ух ты, из самой Америки? – удивился мальчик и взял деда за рукав. – Чем вам помочь? Гаврюша много чего умеет!
– Пдарки б сбрать, – горько вздохнул тот и погладил маленького помощника по голове. – Пшли в терем?
– Нам бы надоть третьего прихватить, – напомнил домовой, указывая в сторону сугроба с Кондрашкой. – Он маленько примёрз, неходячий…
– Щас, – уверил его Мороз Колотунович, передал кота мальчику, снял рукавицу, сунул в рот пальцы и свистнул.