Терпите, господа постмодернисты, даже вас переварили, даже вы оказали реальное влияние на реальную жизнь. Пусть и отрицательное. Но все равно — живое. К героизму сейчас призывают все политики, Явлинский с компанией — к героизму в пользу Америки, Митрофанов и Жириновский — к героизму в пользу талибов. Бог с ними. Очухавшись от антигероической эпохи, народ сам разберется, к какому героизму ему идти. А то, что это вызовет несомненный взлет в нашей современной литературе, — несомненно. Может быть, не случаен творческий подъем у писателей старшего поколения, не случайны блестящие циклы стихов у Юрия Кузнецова, Геннадия Ступина, Глеба Горбовского, Юнны Мориц, Игоря Шкляревского, предсмертные стихи Татьяны Глушковой. Они сами по себе стали героями, преодолевая безгеройное время. А сколько сейчас появляется нового! Скучно жить в безгеройном времени, господа! Даже Виктор Ерофеев в своей колонке в «Труде» поднимает на щит героизм. Творческий дух неистребим в народе. В литературе. В культуре.
Дождь отказался лить — смывать следы,
и снег помедлил — падать простодушно.
И солнце ясным глазом с высоты
глядело на расстрел… И было душно
в тот день осенний: следковатый чад
клубился ввысь… Какой листвы сожженье?
О, снегопад, — как милосердный брат,
приди на поле этого страженья!
Глазам невмочь! Нет мочи — обонять
паленый запах человечьей жертвы;
тысячелетье было не слыхать
такого духа — как восстал из мертвых
Христос… И это капище в Москве
во имя… Да не будет он помянут!..
Чернеют хлопья сажи на траве:
чей взор они, липучие, обманут?
То Ирод из Кремля справляет пир.
Кошерное несут ему жаркое.
Стекает по кистям беспалым жир.
Кровь, как вино, течет, течет рекою…
* * *
Привыкают глаза к византийскому блеску,
Там небритый пастух вырезает свирель
И Овидий свивает из конского волоса леску,
Наслаждаясь лукавой беседой с ловцами.
Даль блестит! И в руке рыболова макрель
Пахнет свежими огурцами…
* * *
Там было озеро в окне…
В прохладной деревянной школе
И я был счастлив поневоле,
Воды серебряные блики
Переливались на стене.
Учитель с ведрами черники
И теплым хлебом из пекарни —
Под вечер приплывал ко мне.
Кончались летние каникулы
И весла в заводи курлыкали.
* * *
Приходит ночь без темноты,
Я вижу лодки и мосты
И возникает мысль опасная
О том, что яблоко зеленое
На самом деле не зеленое
И роза красная — не красная.
На небе дня и ночи нет,
И в никуда уходит свет.
* * *
Вечерами таинственно-синими
Прилетает окно негасимое…
Вижу книги на ветхой стене,
Вижу свет и любимые тени,
И знакомая ветка сирени
Расцветает в бездомном окне.
