Своим заместителем он назначил господина Наото Кана, который учился на отделении прикладной физики. Кроме того, у нашего министра образования и науки — господина Татсуо Кава-баты — тоже научное прошлое. Вот здорово!
Объясняется всё это просто: прежняя партия власти (Либерально-демократическая партия, LDP), проиграла выборы, и после 60 лет пребывания у власти ей пришлось уступить бразды правления оппозиции.
У новой партии, имеющей большинство в правительстве (Демократической партии Японии, DPJ), нет предвзятых традиций. На роль лидера назначили того человека, который лучше всего для этого подходит. Мне кажется, это — своего рода революция, которая полностью изменит японское общество!
- Как Вы думаете, как сократить разрыв между естественнонаучным и гуманитарным знанием? Что Вы можете сделать для этого как журналист?
- Во-первых, я думаю, надо реформировать школьное образование. Во-вторых, университеты должны реорганизовать свои факультеты. Например, студент, который хочет изучать окружающую среду, сталкивается с тем, что это -междисциплинарная область, и он не может выбрать какой-то один факультет.
А как журналист я просто должна больше работать! Чтобы людям захотелось читать новости про науку, эти новости должны быть интересно написаны и просты для понимания. Нужно уметь рассказывать научные истории (но только правдивые).
- Вы опубликовали три книги, и все они стали популярными. Как Вы думаете, почему?
- Первая книга —
Почему они стали бестселлерами? Я думаю, потому, что таких книг раньше просто не было. Мы встретились и поговорили с тысячами людей, чтобы получить представление о ситуации с наукой в Японии. Делать такие книжки довольно сложно. Многие нас цитировали.
Интересно, что нашими читателями были далеко не только те, кто интересуется именно наукой. Многие интересовались образованием, будущим Японии, научной политикой, а еще среди читателей были люди, которые просто хотели узнать о науке побольше. Эти книжки — хороший путеводитель по науке.
- Что самое сложное в Вашей работе?
- Во-первых, то, что работы очень много! Во-вторых, очень мало людей занимаются тем же, чем я. (Надеюсь, кто-нибудь придет на мое место.) В-третьих, как научному журналисту мне иногда очень сложно писать о каких-то вопросах, по которым наука еще не пришла к единому мнению. Проблема в том, что большинство читателей думают: в науке все либо черное, либо белое. А на самом деле, мы даже не знаем, существует ли глобальное потепление!
Денис Тулинов
Рубрика: Исследования
Неврологи смогли войти в контакт с пациентом в вегетативном состоянии
Люди, в результате травмы получившие серьезные повреждения головного мозга, впадают в кому и потом выбираются из нее с разным успехом. Часть пострадавших надолго или навсегда остается в вегетативном состоянии (ВС). Такие пациенты не откликаются на обращенные к ним слова, звуки, прикосновения, не фокусируют взгляд на движущихся предметах и ничем не обнаруживают сколько-нибудь осмысленного восприятия действительности. Казалось бы, в попытках установить с ними контакт нет никакого смысла — по медицинским критериям у таких людей отсутствует сознание. Пациентов в ВС иногда даже называют «овощами».
Похоже, в ближайшее время эти представления ждет пересмотр. Ученые впервые показали, что контакт по крайней мере с некоторыми вегетативными больными возможен. В первых числах февраля 2010 г. неврологи из университетов Кембриджа и Льежа опубликовали отчет об эксперименте, который войдет в историю как первый успешный опыт общения с пациентом, попавшим в категорию «овоща».
* * *
