Подвиг Абхазии
Александр Проханов
Политика Посольский приказ Абхазия Общество
Абхазия. Чёрное море плещет в берег своей волшебной волной. И тут же от берега вздымаются в небеса горы, покрытые изумрудной ослепительной зеленью, со стеклянными водопадами, ущельями, благоухающими цветами. Вдоль моря тянутся места, названия которых знакомы каждому советскому человеку: Гагра, Сухум, Пицунда, Новый Афон. Когда-то восхитительные города с белыми колоннадами, с огромной весёлой загорелой толпой. Теперь здесь тихо, мало людей. Некоторые из домов хранят следы снарядов после прокатившейся здесь страшной войны.
Абхазские коровы. Низкорослые, задумчивые, они то и дело выходят на дорогу, перекрывая движение на скоростной трассе. Изумительное пьянящее домашнее вино.
И, конечно, абхазский народ. Мужественный, искромётный — драгоценный в своей неповторимости. О чём мечтают абхазы? О чём вековечная абхазская мечта? О свободе, о независимости. Грузины мучили абхазов, унижали, считали их народом второго сорта. Меняли названия городов и рек. Мешали продвижению по службе. Когда зашевелились границы Советского Союза, когда стали распадаться огромные советские пространства, Абхазия объявила независимость, которую она выстрадала веками, когда абхазская интеллигенция сражалась за свою культуру, писала патриотические поэмы, занималась археологией, отстаивала названия своих городов и сёл. Во главе этого мощного национального потока встал Владислав Ардзинба. Политик, яркий депутат и оратор, когда по абхазской территории покатились колонны грузинских танков, когда самолёты стали сбрасывать бомбы на пляжи, полные загорающих людей, когда началась национально-освободительная война Абхазии за независимость, Ардзинба стал полководцем, стал духовным лидером, вождём. И сегодня, после войны, первый президент Владислав Ардзинба, царство ему небесное, гораздо больше, чем просто отец-основатель. Он символ, кумир, он источник национальной воли и творчества.
Во время жестокой войны абхазцы все, как один, взялись за винтовки, за охотничьи ружья и даже за арбалеты. Многие погибли в страшных сражениях. К этой освободительной справедливой войне потянулись многие народы. Сюда хлынули русские добровольцы, казаки, сюда пришли люди из Прибалтики, из Белоруссии, из европейских стран. Все влились в абхазское ополчение и выбили грузин сначала из района Гагр, потом из Сухума, а затем со всей территории Абхазии.
Чего хотят абхазы теперь, когда сбылась их мечта о свободе? Построить своё независимое целостное процветающее государство, дружелюбное России. Свобода, независимость, да. Но благодаря России, рядом с Россией.
А чего хотят русские? Русские дипломаты, военные, представители власти? Они хотят того же. Хотят, чтобы Абхазия была независимым процветающим, свободным, дружелюбным к России государством.
Российская военная база неподалёку от Гудауты. Пространство, закрытое для постороннего глаза. Ультрасовременные модули, помещения для офицеров, для личного состава, для танкистов, артиллеристов. Душевые, ванные, библиотека, комнаты отдыха. Самые современные танки, бронетранспортёры, пушки, эскадрилья беспилотников. Вооружение поступает сюда с оборонных заводов в первую очередь. И один из офицеров сказал мне, что если супостат, потеряв голову, ринется сюда, как это было сразу после распада Советского Союза или в 2008 году, если это чудовищное преступление вновь совершится, от врага не останется и следа.
Конечно, военные союзы, присутствие российских войск на территории Абхазии связывает наши народы, связывает нашу геостратегию и геополитику. Но есть нечто большее. И над Россией, и над Абхазией — незыблемый, сияющий купол православия. Абхазцы — православный народ. Они считают свою землю святой. Здесь, на абхазской земле в первом веке нашей эры ступил на берег Андрей Первозванный и крестил абхазов. Здесь же погиб мученической смертью и погребён Симон Кананит. Здесь во все времена существовали православные святыни, гробницы, храмы. И здесь в начале ХХ века повелением русского царя был основан Новый Афон — как эхо, как повторение того великого греческого островного Афона. И этот великолепный монастырь сияет своими золотыми главами среди тёмной зелени гор.
