Ответ очевиден. В результате почти четырехлетних пропагандистских усилий НТВ и других СМИ Россия практически выдавлена из стратегически важного Северо-Кавказского региона. Более двухсот тысяч русских людей были вынуждены бросить свои дома и стать беженцами. На Северном Кавказе плотно утвердились Турция и Саудовская Аравия, медленно превращая его в оплот и трамплин ваххабизма и радикального мусульманского терроризма. В связи с этим резко упрочились американские позиции как в прикаспийском регионе, так и в Грузии.
Чеченская война и ее освещение антирусскими СМИ, особенно НТВ, позволили Турции заявить о планах создания неких "коллективных мусульманских миротворческих сил", которые-де будут более "приспособлены" к действиям в анклавах и республиках с мусульманским населением, в том числе и в государствах бывшего СССР, включая Россию...
По сути, это попытка создания экспедиционного корпуса для нового передела мира.
Надо ли еще объяснять, на кого работает НТВ?
Владислав ШУРЫГИН
Женщины на НТВ — тема особая. В телекомпании их немало, порой обаятельных, но обязательно стервозных дам, почему-то напоминающих актрисок Французской революции, въезжавших голыми в христианские храмы. Они, дивы НТВ, первыми, впереди вальяжных, пытающихся выглядеть солидными мужчин, готовы поддержать и распропагандировать всякую "революционную" идею и начинание: в области экономики — монетаризм, в политике — смердяковскую русофобию и геополитическую славянофобию, в педагогике — введение обязательного сексуального воспитания в начальных классах, в этике — загадочную терпимость к ворам, проституткам и извращенцам, в религии — слегка камуфлированный сатанизм...
У НТВ, как и у всякой крупной информационной структуры, разносящей по всей стране тревожные новости о войнах и социальных конфликтах, есть свое персонифицированное "боевое" лицо. И как ни странно, это не физиономия бывшего офицера Холошевского или упорного до бесстрашия ветерана "горячих точек" Мамонтова, или всегда спокойного и аналитичного Хабарова — одним словом, не мужское это лицо. Это лицо Елены Масюк.
На НТВ знаменитая ныне журналистка пришла простым корреспондентом в самом начале деятельности телекомпании. Не имеющая блата и права входа в телевизионную элиту, простая хохлушка Лена, как рассказывали ее коллеги, быстро оказалась на "плохом счету". Надо сказать, что и впрямь никаких особых талантов за нею не замечалось. Она плохо говорила — часто запиналась, не могла самостоятельно составить связного логичного текста, демонстрировала отсутствие каких-либо эстетических представлений.
Кроме того, у Масюк имелась масса серьезных — для телерепортера — недостатков. Одним из главных считался характерный, чрезвычайно неприятный тембр голоса с обязательным истерическим взвизгиванием в конце каждой фразы. Быстро обнаружилось, что у мадам также скандальный и неуживчивый характер, что она не умеет отвечать за свои слова, не всегда пунктуальна. Даже выглядела Масюк неподходяще для появляющейся в телеэфире женщины. В отличие от других теледам, она почти не следила за своим гардеробом, надевая на работу что попало, чем вызывала ехидные замечания товарок по работе...
За полтора года она так и не раскрыла своих талантов, не смогла найти собственной темы, оставаясь "в каждой бочке затычкой" на все случаи жизни.
Да и в личной плане Масюк не только не имела близких людей, друзей, но и даже сколько-нибудь сносных знакомых...
Говорят, что хищный и бодрый коллектив НТВ готовился избавиться от Елены Масюк, использовав в качестве предлога очередную реорганизацию. Но, как это часто бывает в жизни, тут-то ей и улыбнулась фортуна.
Один из ведущих "Сегодня", кажется, Осокин, нуждался в небольшом репортаже из "горячей точки". Конечно, он хотел бы послать в командировку мужика, но под рукой никого не было — оказалась только болтавшаяся без дела Лена Масюк. Так она впервые попала на войну. От нее не ждали какого-то приличного репортажа. Поэтому неожиданно качественный материал, перегнанный по каналам спутниковой связи, оказался для сотрудников НТВ сюрпризом. Основным его отличием были не какая-то особая фактура или уникальность изобразительного ряда — "картинки", а то, как смотрелась сама журналистка. У нее блестели глаза, щеки покрывал лихорадочный румянец, а хриплый трескучий голос, так диссонировавший с убранством официальных учреждений или богемных тусовок, откуда она делала репортажи раньше, удивительно подходил к угрюмой реальности войны. Это было настоящее вдохновение. Елена Масюк нашла себя.