— Юрий Павлович — лучший мой полковой командир. Офицер, которому можно смело доверить задачу любой степени опасности и сложности. Отважный человек и настоящий "Папа" (я знаю его полковое прозвище), воспитывающий своих подчиненных, как родного сына — не видя между ними разницы — по своему образу и подобию. Кстати, — тут генерал вновь перешел на официальный тон, — вчера подписал представления на полковника Эма и еще двух его десантников — о присвоении им звания Героев Российской Федерации. А чуть раньше в Моздок и далее — по инстанциям — были направлены документы на орден Мужества и досрочное воинское звание младшему Эму, Александру. Под Аргуном он действовал выше всяких похвал. Сын, как видите, достойно продолжает боевое дело своего отца, как это принято испокон веку в армейских династиях, в офицерских семьях.
ПОЛКОВНИКУ ЭМУ 46 лет, а выслуги — 46 с половиной (год "горячих" командировок за три идет). Получается, что "папа Палыч" начал служить, еще не родившись.
Лейтенанту Эму 22 года. Выслуги — с учетом нынешней Чечни — "всего лишь" 6 лет. Пока. Но если "горячка" на бывшем советском пространстве в ближайшие годы не поутихнет, Саша рискует вскоре сравняться выслугой со временем своего зачатия... Такая вот арифметика, век бы ее не знать.
АФГАНИСТАН, война, осень... Высокогорную Газнийскую вертолетную площадку вторые сутки облизывали ленивые рваные тучи. Время от времени они ненадолго, но густо поливали ледяным дождем людей и строения.
В штабе сидели трое представителей афганской контрразведки ХАД. Двое из них были афганцами, а третий — русский советник и заодно переводчик. Пожилой афганец, с трудом подбирая выражения, рассказывал о чем-то важном и притом для наглядности показывал оперативные фотографии. Разговор шел об известной группе афганских бандформирований под названием "Черные аисты".
Эти самые "аисты" в середине лета оказались в зоне ответственности "Скобы" и "Чайки". К осени они уже крепко осели в шестидесяти километрах южнее "Скобы" в почти неприступных горах Хайркота. Костяк группы составляли смертники, физически великолепно подготовленные и обладавшие профессиональной разведвыучкой.
В завершение рассказа хадовцы попросили вертолетчиков не позднее завтрашнего дня встретиться с представителями "Чайки" для разработки совместной молниеносной операции. Предстояло выбить противника с места постоянной дислокации, нанести ему возможно больший урон и, если удастся, захватить главарей.
— Надо отметить, — от себя добавил переводчик, — что командиры группы сами смертниками не являются. Они из богатых семей. Их родители постоянно проживают в США. Лагерь для подготовки "аистов" создан ими на свои деньги в Пакистане в пяти километрах от афганской границы в районе Джелалабада. Сейчас в группе находятся два американских специалиста по Вооруженным Силам СССР, закончившие в начале семидесятых МГУ и Плехановский институт на круглые пятерки. Операцию по ликвидации "аистов" желательно провести за одни сутки.
У этих ребят имеется мощнейшая радиостанция слежения. Во время операции не используйте привычные каналы радиообмена.
Через два часа в штабе эскадрильи сидели практически все из представителей "Скобы" и "Чайки", кто был отобран для выполнения предстоящего задания. Два ряда столов занимал ребята бати Блаженко, который придирчиво слушал каждую мелочь предполагаемого, наиболее удачного, как казалось рассказчику, варианта операции.
Под утро батя с ребятами на бэтээрах ушел в туманной пыли на свою базу для подготовки операции. Разошлись и вертолетчики. Время "Ч" должно было наступить через сорок восемь часов после приказа из Кабула. Днем получили "добро" на планируемую операцию лично от командарма, в просторечии — "первого".
Почти двое суток прошли в обычной подготовке — проверяли технику, снаряжение, писали домой. Перед самым вылетом, по старинному солдатскому обычаю, одевались во все чистое...
Группа Радаева-Евдокимова, имеющая за плечами двухлетний опыт афганской бойни, подхватила двадцать мастеров-спецназовцев и унеслась в сторону Хайркота. Начался боевой отсчет времени.
На базе весь задействованный в операции народ привычно и молча занял боевые позиции.
В готовности номер один на ноль-одиннадцатом борту по радиообмену следил за ходом событий Коля Майданов, прославленный казах, каких немало я встречал на своей родине в Казахстане. Николай не знал еще в тот момент, что вместе со своими ребятами спасет двадцать две жизни воинов "Скобы" и "Чайки". За проявленные мужество и отвагу ему присвоят звание Героя Советского Союза.
