Зикукурат современной политической системы имеет два яруса — наземный и подземный. Первый прозрачен и хрустален. Здесь кружится пестрая карусель заведомо обиженных кандидатов, льются водопады бессмысленных избыточных фраз и бешено сверкают блицы камер. Каждая ничтожная проблема попавшая в силовое поле Центризбиркома превращается в чудовищное действо. Тридцать три эксперта дают восемьдесят семь комментариев о форме и содержании декларации о доходах, о незарегистрированных жеребцах и автомобилях, об оспаривании решений в Верховном, Конституционном и Антиконституционном судах. Неотличимые друг от друга восемнадцать членов Центральной избирательной комиссии, представляющие "все общество" непрерывно голосуют, заполняют какие-то бумаги, звонят в Кремль и отправляют "песочного человека" вести пресс-конференции. На пресс-конференциях очень отчетливо и ясно тот говорит о совершено неважных, ненужных, не имеющих никакого значения вещах, при этом улыбается странной зачарованной улыбкой бюрократа попавшего в свой стеклянный рай.
Старуха на печке бормочет заклинание "Центр— избир — ком..."
Неуловимый как электрон, невидимый как фантом, надежный как затвор ружья алгоритм осуществляется в не связи с мыслями и болтовней граждан на кухнях и улицах...
Потому что гномы ФАПСИ день и ночь трудятся в подвале великого храма Центризберкома. Безвестные счетчики, некогда запиравшие в чулан наблюдателей и членов территориальных комиссий, теперь запускают электронного дракона, в пасть которому запахиваются десятки миллионов бюллетеней. ГАС— выборы работает без особых сбоев. Переварить сообщество людей в "электорат", открыть новые виртуальные территории, создать сомны только что родившихся избирательных единиц — для нее не составляет труда.
Некогда Чичков как угорелый носился по Руси в поисках пары десятков "мертвых душ" для подарка Сатане.
Компьютерный супер-Чичиков включает в себя тысячи фабрик по штамповки несуществующих голосов.
Все делается после захода солнца, то есть за час до закрытия участков. В этот промежуток времени происходят чудеса: явка избирателей возрастает на 20 процентов. Миллионы граждан за столь краткий промежуток времени моментально мобилизуются и таки-успевают выполнить свой конституционный долг. Однако эти миллионы ведут себя столь динамично, потому что они бесплотны, виртуальны. Избирательные участки остаются полупустыми и огромные очереди не выстраиваются у кабинок для голосования...
В итоге "виртуальная демократия" приведет к тому, что население будет в принципе ненужно. Его заменят электронные импульсы.
Русские города, поселки и хутора исчезнут с лица земли, но останутся их названия занесенные в компьютерный реестр избирательных секторов. Со временем исчезнет и толпа важных господ роящихся на Охотном ряду — они будут не к чему — в каждое депутатское кресло вмонтируют специальный чип способный обеспечить нужный результат при голосовании без привлечения громадных финансовых средств на подкуп народных избранников...
Страна виртуализируется, уйдя вместе со своим народом, историей и тяжелыми ракетами во всемирный Интернет, превратится в гигантскую компьютерную игру под названием "Россия — ХХI".
Конечно никуда не денутся ресурсы, столь нужные бурно развивающейся цивилизации Запада, металлы и нефть лежащие в недрах русской земли.
На поверхности же можно будет наблюдать величественное строение, стоящие по среди пустыни. На фасаде этого дворца будет начертано алмазными буквами "Центризбирком".
Андрей ФЕФЕЛОВ
Путин не боролся, не дискутировал с оппозицией. Он ее подавил. Одним из важнейших проектов, предрешивших думскую и президентскую победу Путина, оказались планомерные действия по нейтрализации его главного и непримиримого врага — левой оппозиции и лично Геннадия Зюганова. Летом 1996 года свершалось грандиозное сражение лидеров двух антагонистических идеологий, наполненное ненавистью и страстью, искренностью и истерией. В нынешние выборы кремлевская машина, выступавшая под лицемерными лозунгами сильного государства, патриотизма и всеобщего примирения, была нацелена на полное подавление выхода всех оппозиционных энергий и соков. Удар был нанесен по трем направлениям.
Первое, наиболее важное из них, вылилось в тотальный контроль Кремля над ведущими телевизионными СМИ. Подавляющее число каналов находилось к решающему моменту в руках Путина. Цербероносный ОРТ, возрожденный РТР, переметнувшийся ТВЦ, либеральное НТВ, березообразный ТВ-6, — все они работали на одного кандидата. Вся левая оппозиция вновь оказалась отрезанной от телекамер.
