В общем, арбитражный суд Москвы, не зависимый от генерал-губернатора, Желонкина полностью поддержал. Казалось бы, игра Громовым проиграна. Но нет — генерал нашел новых заступников и покровителей. Ими оказались знакомые все лица — руководитель кремлевской администрации Волошин и президентский полпред в Центральном округе Полтавченко. Именно они подогревают сейчас Громова в его схватке за давно не принадлежащее области ТВ.
То, что эти чиновники поддержали неправую позицию губернатора, удивительно лишь на первый взгляд. И у них земля горит под ногами. Администрацию президента вот-вот преобразуют в техническую канцелярию — и тогда власти у Волошина останется чуть. Пока этого не произошло, столп "семьи" должен оттяпать себе как можно больше всяческих ресурсов — в том числе на рынке СМИ. А Полтавченко, как утверждают некоторые знающие люди, давно связан с питерским водочным королем Александром Сабадашем. А Сабадаш этот — друг Волошина и Абрамовича. Круг замкнулся.
Радует лишь то, что Волошин с Абрамовичем уже не те. "Прикрывать" Громова по полной программе долго они не смогут. И если курс на "диктатуру закона", о котором все время говорит президент, — не фикция, а реальность, "Московия" останется в руках тех, кто владеет и управляет ей по закону. И по совести. Команды генерального директора Владимира Борисовича Желонкина.
Павел РЫБКИН
[guestbook _new_gstb]
2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random(); z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled()?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="
"; y+=" 10 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--
Напишите нам 5
[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]
Я видел, видел ее. Поверьте мне, маловеры. Доверьтесь моим глазам, слепые. Положитесь на мой слух, глухие. Я видел ее, красную ласточку Революции. Прянула с высоты из-за кремлевских башен. Пролетела над Манежной площадью с нелепыми фонарями Лужкова. Сверкнула над Охотным рядом, вдоль Думы с окаменелым советским гербом. Свистнула пулей у виска продажного депутата. Ослепила застывшего на посту "омоновца". Радостно окликнула стоящего в пикете ветерана. Унеслась вверх, к Лубянке, растворяясь в туманном московском небе.
Мой рассказ — о "красном" пикете перед зданием Думы, где принимался очередной, убивающий Россию закон.
Московские власти подарили пикету узкую черту тротуара, у гостиницы "Москва", вдалеке от подъезда Думы. Огородили стальными турникетами, выставили милицейское оцепление, окружили дубинками, бронежилетами, железными шлемами. Так в тюрьмах охраняют выпущенных на прогулку арестантов. Так в резервациях содержат покоренные племена. Мимо, заливая Охотный ряд стеклянно-металлической жижей, несутся лимузины. Иные подкатывают к порталу Думы. Из них выходят узнаваемые депутаты "Яблока", "ОВР", "Единства". Вальяжные, с глянцем власти, вершители судеб, отшлифованные, как галька, в интригах и словопрениях, скрываются в дверях, уверенные в победе над "левыми". Тех меньшинство, они терпят одно поражение за другим. Идут сегодня сражаться в буржуазную Думу, заведомо зная о проигрыше.
Дума — политическая машина, насыщенная кнопками, электронными системами, агентами влияния, деньгами для подкупа, интересами партий, людскими пороками и страстями. Экзотический гриб, выросший на обугленном пне расстрелянного Верховного Совета. В ней происходит сегодня не видимое миру сражение. Пикет на Охотном ряду — отблеск политической схватки, ее продолжение на улице.
Пикет медленно собирает людей. Из метро, из троллейбусов вытягиваются вдоль витрин с драгоценностями для буржуазных дам, с заморскими деликатесами и винами, манекенами в дорогих туалетах, с заморской мебелью из ореха и дуба. Простой московский люд, утомленный, небогато одетый. Не торопясь, достают складные тросточки, похожие на удочки. Навешивают на них бумажные рукодельные транспаранты. Деловито развертывают полотнища с протестными лозунгами. Извлекают портретики вождей, флажки, намалеванные, похожие на горбоносых чертей, рожи олигархов. Оружие неимущих, прошедшее сквозь баррикады 93-го года, вынесенное на груди сквозь пожары и побоища. Здороваются, обнимаются, как однополчане. Обмениваются новостями и жалобами. Пикет немноголюден. Напоминает издали узкую красную ленточку, протянутую у тротуара.
