Лаборатория реагирует на любые сигналы о попытках взлома. Офицеры по машине найдут источник взлома, ту персоналку, с которой была осуществлена попытка, номер комнаты, где она находится, имя пользователя. Туда отправятся дознаватели с вооруженными солдатами и задержат того, кто все это сделал. Бывает, что на месте находят парней с целой системой приборов для записи и дешифровки — это шпионы. Бывает, на месте окажется просто новичок, который плохо ориентируется в клавиатуре, ему сделают внушение. Больше всех доставляют проблем старые полковники. Седые черти, привыкшие лезть во все, не считают нужным реально учиться пользованию компьютером и все портят. "Системщики" стараются не давать "полканам" шифры и пароли для доступа в сеть. Но полковники страшно обижаются, они привыкли планировать целые операции и войны. Лейтенанту трудно объяснить полковнику, почему тому нельзя давать доступа в программу, а только доступ к просмотру файлов, без права их изменения. Обычно полковнику, если это необходимо, ставят выделенную линию, которую тот не сможет "закосячить" при всем желании. Для кабинета с таким контуром РЭБовцы ставят отдельный контур заземления, чтоб враг не мог считывать информацию с электрической сети или с обычной розетки. Поэтому, особо секретные кабинеты и машины заземляют отдельно. Подвал, куда идут все заземления тоже охраняется вооруженным караулом, чтоб никто не подключился, сам кабель постоянно проверяют. Совсем недавно на одном кабеле нашли блочок, прилепленный пластилином. Приемы и методы электронной войны формируются десятками в год и быстро меняются. Остается неизменным только факт войны.
Александр ГАМАЮН
На главную 1
3 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random(); z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled()?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="
"; y+=" 26 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--
[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]
Empty data received from address [ url ].
Из Кремля в последнее время то и дело раздаются скрипы надвигающейся реформы правоохранительной и судебной систем. То молва разнесется о создании супермегаслужбы. То съезды судей и прокуроров проведут. А на Старой площади не перестают твердить: с "органами" надо что-то делать, иначе — все, труба... Так ли это? За ответом мы отправились в места, осененные недавним визитом президента, Псковскую губернию.
"Какой район у вас самый типичный?" — спросили мы в администрации.
Клерк молча ткнул в висящую на стене карту и попал пальцем в город Остров.
166 ЛИТРОВ НА ЧЕЛОВЕКА
29-тысячный город Остров известен тремя базами: лыжной сборной и двумя военными — морской авиации и ПВО. Ну а кроме того, как уверяют в УВД области, это еще одна из самых криминогенных точек на Псковщине.
Только в прошлом году милиция изъяла у "островитян" 5 тысяч литров самогона. Получается, что учитывая "официальную" продажу спиртного, на каждого жителя города, включая грудных младенцев, пришлось по 166 литров. Неудивительно, что большинство убийств в Острове происходит именно на бытовой почве.
"Зато раскрываемость, — хвастает нам местное милицейское начальство, — почти сто процентов". Начальство не скрывает своего удовольствия. Выходит, оно как бы опровергает доводы Кремля о падении профессионализма на местах.
ЧЕЧЕНСКИЙ КАПКАН
Пока местные мужики пропивают остатки былой роскоши, в городе оседает заезжий люд: чеченцы, армяне, цыгане. Заезжих немного — всего человек 300 на район, но в общественной жизни они играют роль далеко не последнюю.
